Максим Артемьев о том, как ВСУ сменили тактику в противостоянии с Россией.
Успешные диверсионные акты последних дней привлекли внимание к стратегии Украины в нынешнем конфликте – ставке на точечные операции в тылу российских войск.
Сюда стоит отнести и прежние диверсии на российской территории – удары по нефтехранилищам в Белгороде и Брянске, налет на нефтеперерабатывающий завод в Ростовской области, постоянные атаки с беспилотников в приграничной полосе. Также немало шума вызвали теракты на территории, занятой российскими войсками – покушения на чиновников, перешедших на сторону РФ, взрывы и поджоги административных зданий. По большому счету, диверсиями могут считаться и точечные удары из «Хаймарсов» по складам, командным пунктам далеко от линии фронта, также как и обстрелы Запорожской АЭС.
Насколько эффективная такая стратегия?
Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к недавнему прошлому. Увы, у новой России богатый боевой опыт, развал СССР принес бесконечные военные конфликты, которые никак не закончатся. Важнейшими из них стали чеченские войны. И именно в них противник делал ставку на диверсии и террористические акты.
В первую чеченскую войну это дало свой результат. Теракт в Буденновске привел к приостановке боевых действий, что фатальным образом сказалось на исходе всей войны. Отметим, что другие громкие диверсии, последовавшие за рейдом Басаева – захват заложников Радуевым в Кизляре, покушение на командующего внутренними войсками МВД РФ генерала Романова, особенных результатов не принесли, но в целом закрепили представление о том, что Россия не способна одержать победу.
Во вторую чеченскую войну победа на поле боя была одержана сравнительно быстро – к апрелю 2000 года. Однако скоро выяснилось, что это было лишь первым этапом операции по умиротворению Чечни, которая затянулась надолго. Боевики, сохранив свой костяк, перешли к тактике диверсионно-партизанской деятельности.
Последовали громкие теракты, напомним лишь некоторые из них - уничтожение вертолета с военной комиссией Генштаба РФ (в т.ч. два генерала) 17 сентября 2001 года, сбитие Ми-26 19 августа 2002 года, когда погибло 127 человек, подрыв Дома правительства в Грозном 27 декабря 2002 года, убийство главы Чечни Ахмата Кадырова и председателя Госсовета Хусейна Исаева 9 мая 2004-го. Кроме того, было немало налетов на города и воинские части, взрывов на дорогах, и, конечно, массовые захваты заложников в Норд-Осте осенью 2002 и Беслане в сентябре 2004.
Однако оказали ли они тот эффект, на который рассчитывали их организаторы? Нет, им не удалось сломить волю российского руководства, его направленность на возвращение Чечни в конституционное поле, а попросту – в состав России.
Надо различать медийное восприятие, эффектную картинку по ТВ и реальные последствия. Да, после каждой диверсии чеченские боевики могли говорить о своей непобедимости, способности наносить ущерб войскам РФ. Однако в жизни возобладали другие тенденции, и постепенно они истреблялись, их вожаки ликвидировались один за другим. После 2004 года громких терактов уже не происходило.
Да, война вышла далеко за пределы Чечни, переместившись в Дагестан, Ингушетию, другие республики. Порой казалось, что Кавказ обречен на бесконечный конфликт. Но и в соседних с Чечней регионах постепенно обстановка нормализовалась. Оказалось, что чисто военной победы недостаточно, что нужна морально-политическая, психологическая – слом несдающегося противника.
Теракты и диверсии - это посылаемый по внешний мир сигнал: «я еще не сдаюсь и надеюсь на благополучный для себя исход». Иначе нет смысла продолжать воевать. Кремль сломал боевиков в Чечне и, вообще, на Северном Кавказе своей холодной решительностью, тем, что не обращал внимание на теракты и продолжал начатое дело. В первую чеченскую войну во главе России стояли Ельцин, Черномырдин, Чубайс и им подобные, которые сравнительно быстро капитулировали, причем первыми начав войну. Во вторую кампанию нервы у российского руководства были покрепче, и его пронять терактами не удалось. Напротив, каждый акт жестокости только укреплял во мнении о необходимости довести начатое до конца.
В итоге уже в 2014 году Россия смогла провести зимнюю олимпиаду на Кавказе, совершенно не опасаясь за безопасность. А сегодня чеченцы являются самыми патриотичными изо всех народностей РФ, внося огромный вклад в СВО на Украине.
Сейчас украинское руководство пытается взбодрить своих солдат и общество в целом победными реляциями об успешных диверсиях в тылу российских войск. Так оно отвлекает их от очевидного факта – медленно, но неуклонно российские войска продвигаются вперед, и потери в живой силе ВСУ нарастают и нарастают.
Медийно Киев может выигрывать сколько угодно. Реальность от этого меняться не будет. Эффект от подрывов малозаметен. Как повлияли на российскую экономику удар по нефтезаводу или на вооруженные силы РФ удар по штабу ЧФ? Да никак. Более того, любая удачу спецслужб или армии Украины только укрепляет в конечном счет РФ, ибо заставляет делать ее выводы, извлекать уроки, и повышать свою безопасность.
В связи с этим хочу напомнить о тех громких событиях, которые произошли перед спецоперацией, а именно – расследованиях на Западе независимых групп о покушении на Скрипалей и отравлении Навального. Да, моральный ущерб для Кремля был немалый. Оказалось, что коррумпированные полицейские торгуют базами данных и через них можно купить какие угодно сведения, в том числе, о сотрудниках спецслужб. Но в итоге пробелы в безопасности были устранены, и сейчас, в ходе СВО, СБУ не может похвастаться чем-то подобным. Таким образом, те скандалы и утечки информации пошли только на пользу, Кремль выявил слабые места у себя.
Думается, наладится безопасность и в Крыму и на освобожденных территориях. Не сразу, с потерями, возможно не так быстро как хочется. Но это решаемая проблема, что показывает опыт Чечни. А вот проблема – как Украине победить Россию? - скорее, относится к нерешаемым.
