Как изменились мозги у украинцев: почему за 4 года СВО враг всего в 45 км от Донецка

Коллаж Блокнота

Почему СВО идет так тяжело и трудно? Почему наши войска продвигаются сотнями метрами – и это считается за большой успех? Почему в конце четвертого года боевых действий враг всего в 45 километрах от Донецка и отодвинуть его на безопасное расстояние никак не удается?

Эти вопросы задаются ежедневно и многими. Ответ на них будет большим и сложным, и никогда не исчерпывающим. Поэтому мы сосредоточимся на одном аспекте проблемы из множества. А именно – в чем причины психологической и моральной устойчивости противника? Почему украинское общество не рушится, не раскалывается, хотя переживает тяжелейший кризис за всю свою историю?

Независимость свалилась на жителей УССР в 1991 неожиданно. Никто ее не желал и не хотел. Если бы кому-нибудь в 1985 году, в начале перестройки сказали – желаете ли вы отделения от России? – на него посмотрели бы как на слабоумного, настолько это не укладывалось в сознании.
Но горбачевская перестройка пошла так как пошла. Горби успешно разваливал и без того дефицитную советскую экономику, и жизнь людей становилась все хуже и хуже, но он предложил канализировать негативные эмоции через выборы. Да, сахара нет, продукты по талонам, зато можно голосовать за кого хочешь. Чем не достижение? И призывать свободно на митингах к чему угодно тоже можно.

Украина стала жертвой этой горбачевской политики – в конец растерявшимися и дезориентированными людьми, ошалевшими от проблем и катастроф (Чернобыль, напомню, находится под Киевом), легко манипулировали всякие демагоги, не встречая сопротивления. Центральная власть самоуничтожалась с каждым днем. В такой обстановке партсовхозноменклатура на местах решила брать власть в свои руки, чтобы воровать и грабить в одиночку, не обращая внимания на Кремль.

Горбачев махнул рукой, когда такой махровый партийный пропагандист как Леонид Кравчук, бесстыдно воспевавший партаппарат и его вождей с начала 60-х, вдруг объявил себя украинским националистом и взял курс на выход УССР из единого государства. А Борис Ельцин всячески Кравчука подзуживал и тайком поддерживал в деле развала страны, поскольку видел в нем полезного соратника по борьбе с Горбачевым.

Таким образом, украинская независимость стала следствием ряда случайных факторов, ни коим образом не «историческим выбором украинском народа», каковой вообще играл роль массовки, а все основное происходило за кулисами. Я уж не говорю про полную беззаконность происшедшего.
И, действительно, никакой радости, никакого трепетного волнения никто на Украине не испытывал, за исключением кучки националистов и номенклатурщиков, которым предстояло делить министерские портфели и собственность.

Вплоть до 2004 года на Украине сохранялась межеумочная ситуация - власть находилась в руках элит, состоявших в основном из перекрасившейся прежней номенклатуры, с небольшим вкраплением ярых националистов, которых пускали в сферу культуры и образования, видя от их деятельности там для себя пользу – укрепление сознания, независимого от российского. Население же занималось выживанием и о высоких материях не думало. Понятно, что тот же Кучма как старый советский директор не мог не понимать всей гибельности разделения единого государства. И судьба его завода ярко это показывает. Но как президент независимой Украины, он также не мог не понимать, что на его независимость от Москвы будет работать нацик бандеровского типа, и не будет работать нормальный здравомыслящий человек, понимающий в экономике. Поэтому советский директор Кучма и взращивал националистов худшего извода, подобного своему предшественнику партийному пропагандисту Кравчуку. Как говорится, «точка сидения влияет на точку зрения».

2004 год – год т.н. «Оранжевой революции», стал решающим. Тогда стало понятно, что Украина расколота на две половины – прозападную и пророссийскую. Юг и Восток страны вовсе не спешат сливаться в радостном крике с Европой. Однако тогда соответствующие выводы сделаны не были, страна осталась единой, Кучма предал Кремль и избирателей Юга и Востока, которым обещал поддержать Януковича. Он ему не помог, и Янукович не стал его преемником.

Результатом стало то, что прозападная сила осознала свои силу, извините за тавтологию. Нацики поняли, что власть никогда не станет всерьез у них на дороге. И, действительно, даже когда Янукович все-таки стал президентом в 2010, он не посмел хоть каким-то образом ограничить деятельность националистов и западное влияние на Украине.

Однако победа Януковича показывала и то, что решительного перелома в настроениях не произошло по сравнению с 2004 годом, более того, прозападный лагерь не может выставить фигуру, сопоставимую с ним по популярности. Это и послужило причиной Евромайдана 2013-2014, суть которого - в силовом захвате власти, насильственном отстранении конкурентов, желательно, раз и навсегда.

Так оно и произошло. 2014 год стал переломным для внутриполитической динамики на Украине. Равновесие между прозападной и пророссийской частями страны, которое сохранялось более двадцати лет, сломалось. Вспомним, в 2014 в Одессе и Харькове были мощные пророссийские движения, в последнем демонстранты даже дважды захватывали обладминистрацию. Их пришлось подавлять самыми зверскими силовыми способами, а в Одессе даже сжигать живьем.
И что сегодня? От пророссийских сил не осталось и следа, не то, что в Киеве или Виннице, но даже в тех же Одессе и Харькове. Разумеется, сочувствующих России людей там хватает, но они живут, тщательно скрывая свои убеждения, и стараясь, что называется, не высовываться. А об организованном их выступлении не может даже быть и речи. Что же произошло за 8 лет, с 2014 по 2022 годы?

Главное, выросло новое поколение, изначально не ориентированное на Россию, которая для них является абсолютно чужой, где они ни разу не были, и ничего про нее не знают. Мы уже писали об этом феномене в связи с крымскими «ждунами». Стоило пойти в первый класс уже «при Украине», и за 8-10 лет мозги промывались напрочь – в сторону от России.

Теперь, же после 2014 года, молодежь воспитывали не просто в духе безразличия и чуждости к России, но уже в духе ненависти и враждебности к ней. Потеря Крыма и половины Донбасса была представлена как национальная катастрофа, как результат «российской агрессии», как невосполнимая утрата - «кража» истинно украинских территорий.

Часто спрашивают – но ведь Майдан принес Украине и ее народу сплошные бедствия, потерю земель, гражданскую войну, экономический провал, падение курса гривны и многое другое. Почему же значительная часть населения стоит за него? Как можно столько лет и раз покупаться на морковку о Европе и интеграции в западный мир?

Оказывается, можно; говоря словами доктора Джонсона о повторном браке, это «триумф надежды над опытом». Во-первых, Запад с первых минут Майдана выказывал ему полную поддержку и не переставал это делать никогда после 2014 года. Эта поддержка была постоянной и разнообразной, пусть по мелочам, но в ключевых направлениях – снятие визовых ограничений, приглашение на учебу студентов, массовые десанты западных НКО на Украину для проведения пропаганды и вербовки сторонников методом «мягкой силы».

Во-вторых, успешная демонизация России и ее политики. ДНР и ЛНР в 2014-2022 никаких достижений не показали, это факт. РФ упорно отказывалась включать их в свой состав. В результате республики зависли в серой зоне. А что происходило в Крыму, где шла большая стройка – успешно блокировалось информационно.

У украинской молодежи стало складываться впечатление, что все, что связано с Россией – это отсталое, косное, неразвитое. Этому способствовало прекращение контактов. Так, после 2014 года молодые харьковчане практически перестали бывать в Белгороде, соседнем российском городе. Кто из юных киевлян посещал Москву? В условиях информационного вакуума и отсутствия личных контактов начинали верить любой пропаганде. И это сработало в 2022, когда украинские паблики оказались переполненными упоминаниями о «болотах», «мокше» и т.п. Знакомая преподавательница вуза из Одессы рассказывала, что в 2022 году ее студентки заявили: «мы не хотим оказаться в каком-то тупике типа ДНР».

В-третьих, незавершенный политический процесс 2014-2022 гг., равно как и военный, отсутствие полноценного разгрома ВСУ в битвах 2014-2015 гг., создавали впечатление бессилия России, ее страха перед Западом. То, что Украина отказывалась выполнять ею же подписанные Минские соглашения, и ей за это ничего не было на протяжении семи лет, внушали молодым украинцам ощущение безнаказанности и торжества над Кремлем.

Иными словами, то что из России могло видеться как полный хаос, экономическая и политическая катастрофа, внутри Украины так не воспринималось, а все проблемы списывались как «болезни роста». Кроме того, выборы 2019 года, когда Зеленский сменил Порошенко* (признан в РФ террористом и экстремистом), тоже создавали впечатление работающей демократии, с очевидными преимуществами, со свободой выбора. Молодежь не замечала, что все претенденты занимали одинаковые позиции по принципиальным вопросам, так что подлинной альтернативы не имелось, а суть выдвижения шоумена заключалось в том, чтобы продолжить политику Порошенко* без Порошенко* ввиду его высокого отрицательного рейтинга. Людей, надеявшихся на мир с приходом Зеленского, предсказуемого обманули. Такая вот демократия. Но избиратели этого не поняли.

В итоге к 2022 году на Украине среди молодых и средних возрастов сложилось убеждение, что страну надо защищать, что Россия - исторический враг. Менталитет поменялся за восемь лет довольно сильно – с учетом того, что к 2014 он вовсе не являлся в целом пророссийским. Но если в 2014 году 90% крымских силовиков перешли на сторону России, то теперь об этом можно было только мечтать.

Вывод можно сделать следующий – стоит создать независимое политическое образование, и мозги у людей там меняются очень быстро. В Чечне трех лет дудаевщины хватило, чтобы в 1994 население без особой радости восприняло процесс возвращения республики в лоно российской государственности. Люди быстро привыкают к текущей ситуации и принимают ее как должное. Поэтому важно не допускать самой возможности создания подобных прецедентов.

• - признан террористом и экстремистом в РФ