коллаж "Блокнота"
24 февраля 2022 началась СВО, и сразу же российские силы начали наступать на Мариуполь с востока, а через 3-4 дня их колонны подошли с запада, из Крыма, и взяли город в кольцо.
Так получилось, что в Мариуполе я ни разу не был (самое близкое к нему – проезжал через Таганрог), но порой мне кажется, что я могу ходить по нему как по родному городу – настолько его улицы четко запечатлились в моем сознании за эти 3,5 года. Сперва это были два месяца боев, когда я по карте следил за продвижением наших войск, а затем настала пора восстановления. Не менее захватывающая, при хотя бы небольшой силе воображения. Где какой строят дом или восстанавливают – ужасно интересно. Волнует не меньше чем взятие того или иного квартала или цеха.
За это время город преобразился – из мрачных дымящихся развалин выросли силуэты новостроек и отреставрированных домов. Поскольку Мариуполь расположен в глубоком тылу, то с самого начала имелась возможность его отстроить заново, то, чего не нет ни у Северодонецка, ни у иного крупного города Донбасса, которые все находятся слишком близко к линии фронта. Кроме того, в Мариуполе по сравнению с другими освобождаемыми городами, осталось больше местных жителей, поскольку они не могли выехать сразу.
Напомним краткую хронологию событий. 24 февраля 2022 началась СВО, и сразу же российские силы начали наступать на Мариуполь с востока, а через 3-4 дня их колонны подошли с запада, из Крыма, и взяли город в кольцо. На востоке ВСУ сопротивлялись, а на западе – нет, и допустили российские войска до городских границ без боев.
Таким образом, у командования ВСУ, а, в конечном счете, у Зеленского как верховного командующего, была возможность поспешно, пока не закрылось кольцо блокады, вывести подразделения из города на север в степи, чтобы не дать их окружить. Следующая развилка заключалась в следующем – после того, как командование ВСУ отказалось выводить войска из Мариуполя, надо было либо капитулировать, либо выпустить из полумиллионного города все мирное население. Но ВСУ выбрали третий вариант – дать бой в городе, где оставалось полмиллиона неэвакуированных жителей, ставя тем самым под удар не только их жизни, но их имущество, инфраструктуру жизнеобеспечения. Напомним, что на Западе в аналогичных случаях без вариантов выбирают первое. В 1940 французы сдали Париж немцам без единого выстрела – лишь бы не разрушать город, лишь бы никто не погиб из парижан. Точно также чехи поступили 1939 в отношении Праги. Ее сохранность и безопасность пражан были приоритетом.
Киев же решил, что мариупольцы будут заложниками ВСУ, что их жизни ничего не стоят. Пусть они гибнут тысячами по подвалам, пусть их дома разрушаются, они остаются без электричества, связи, отопления, без продуктов и лекарств, медицинской помощи, это даже лучше – создастся эффектная картинка для западных СМИ для возбуждения антироссийских чувств. Одновременно ВСУ предстанут героями сопротивления, героически сражающимися на руинах «Азовстали».
Сам же мэр Мариуполя Вадим Бойченко в первые же дни, пока был коридор из города, убежал на север, бросив своих жителей, голосовавших за него. Он испугался переносить с ними трудности блокады, побоялся за свою жизнь, но регулярно вещал из некой студии, создавая видимость своего присутствия в городе. Вместо того, чтобы до конца оставаться с земляками, мэр пребывал вдалеке в безопасности. За это маруипольцы, когда все закончилось, и они узнали где в реальности Бойченко находился и находится, прозвали его «крысой». Он стал самым ненавидимым человеком для них.
Но самое интересное началось после. Бойченко по-прежнему считает себя мэром Мариуполя, и везде представляется в таковом качестве. Будучи человеком ловким и житейски хитрым, он нашел чем заниматься, а именно, мелким сутяжничеством, выдвигая иски к РФ, ведет разные проекты по обустройству мариупольцев, выехавших на территорию, подконтрольную киевскому режиму и заграницу. То он собирает им продуктовые наборы, то что-то для детей к 1 сентября и т.п. Что там прилипает к его рукам и рукам его окружения, а что доходит до людей – неизвестно.
Но даже не в этом дело, интереснее другой проект Бойченко – Mariupol Reborn. Конечно же на английском языке. Это только русский на Украине запрещен, а вытеснять украинский английским – сколько угодно.
Так вот, в чем его суть? Собрали четыре команды архитекторов и урбанистов (например, Bigcitylab Victoria Titova – из названия все ясно, прямо как у Гоголя «магазин с картузами, фуражками и надписью: «Иностранец Василий Федоров»), читай жуликов и распиливателей денег, которые расписывают как надо восстанавливать Мариуполь. Желающие присылают свои пожелания, среди детей проводятся конкурсы, где малые сии, невинные и непонимающие как их обманывают, рисуют наивно будущий город. Составляются «плани відродження» (Fast Recovery Plan – отметим, что план «быстрый») - тут будет построено то-то, здесь то-то. Все это подробно, с деталями, с обоснованиями.
Одно только плохо – планы возрождения уже реализуются. Но без Бойченко и его людей, креативных «фасилiтаторiв» и прочего модного сброда. Мариуполь - хорошо ли, плохо ли – преображается и возрождается как российский город, каковым он всегда и был. Старая украинская власть не имеет к процессу никакого отношения. Ну не может Бойченко хоть как-то влиять на то, что будет построено или отремонтировано в Мариуполе.
То есть вся его «деятельность» - это чистой воды обман. Хуже, что и детей приучают врать и верить в ложь. Их заманивают на разного рода конкурсы проектов, которые изначально являются обманными. Но детям можно лгать бесплатно, а вот как насчет урбанистов и прочих архитекторов - непонятно. Они же не за так работают и сочиняют программы? Кто-то все это оплачивает, кто-то на этом зарабатывает?
Тем не менее, Украина продолжает строить «потемкинские деревни» (напомним, они, якобы, ставились как раз в Новороссии). Создалась забавная ситуация биполярного расстройства сознания – есть российский город Мариуполь с его текущей повседневной жизнью, и есть виртуальный «Марiуполь», который, тоже подает признаки жизни.
Но этот идиотизм не случаен и хорошо продуман. С его помощью Киев пытается легитимизировать свои права на утраченные территории в глазах окружающего мира и собственных граждан. Мол, мы отрицаем, все что делает Россия, для нас этого не существует. Она восстановила театр в Мариуполе, а мы в ответ объявим конкурс на свой театр на этом самом месте. Она строит вокзал, а мы там же построим «украинский».
Вот, к примеру, какие новости сообщает его сайт: «відновлено 660 житлових багатоквартирних будинків; приватний сектор забезпечено будівельними матеріалами - 24 926 будинків; відновлено комплекс послуг по утриманню багатоквартирного житлового фонду; 1346 будинків». Кто 660 многоквартирных домов восстановил - непонятно. С одной стороны, не будут же украинские власти пиарить успехи своих российских коллег. С другой – так откровенно врать, что мы с территории Украины строим в Мариуполе сотни домов, тоже невозможно. В результате воздвигается какая-то виртуальная реальность, в которую все глубже погружается киевское руководство.
Хочется спросить у того же Бойченко – как он видит реализацию своих планов? Допустим невероятное – он опять реальный мэр Мариуполя, и что – первое с чего он начнет – это снос всего, построенного Россией? По-другому ведь не получится, исходя из его программы, которая отрицает все то, что делает Россия.
Поэтому шутки шутками, но ситуация с тем же Мариуполем ясно показывает – Киев ни на какие компромиссы не настроен. Цель у него одна – полная победа и захват территорий. Поэтому мир на сегодня недостижим.
