На минувшей неделе внимание сотен миллионов людей было приковано к испанскому городу Сеута, расположенному в Северной Африке. 60 тысяч африканцев, арабов и выходцев из черной Африки, прорвали заграждения на границе и ворвались в город. Для понимания, все население Сеуты составляет 80 тысяч человек. Илон Маск сравнил происходившее с фильмом «Война Z», о зомби-апокалипсисе. В одной из сцен этой картины зомби, становясь друг на друга, захватывают оборонительные стены Тель-Авива.

Вторжение в Сеуту осуществлялось как с суши, так и с моря. В давке погибли более 90 человек, и тела еще выбрасывает на берег. Полиция и гарнизон города, явно получившие приказ не применять оружие, оказались бессильны остановить огромную толпу и отошли в кварталы. Начались погромы магазинов. Жителей призвали не выходить на улицы.

Испанцы, впрочем, довольно быстро справились. Оказавшись на улицах города, толпы не встретили ни миграционных служб, ни центров размещения, ни раздачи бесплатной еды. Оказавшись буквально без крыши над головой, примерно половина ворвавшихся покинула город самостоятельно, а остальных в течение суток выдавили полиция и армия. Еще несколько сот человек еще прячутся по приморским гротам, но вся площадь анклава 19 квадратных километров, так что сюжет с ними тоже не затянется.

Испанские крепости и марокканский империализм

Сеута и Мелилья - это не испанские колонии в Африке, а два испанских города в Африке. Сеута стала вначале португальской еще в 1415 году, а затем перешла под контроль Мадрида. А Мелилья испанская с 1497 года. В то время даже Псков не был подчинен Москве.

Более половины местного населения - испанцы, до 40% мусульмане, есть довольно крупная еврейская община, представлены и иные народы. В Сеуте, например, с гордостью говорят, что в городе есть и церкви, и мечети, и синагога, и буддистский храм. Причем надо понимать, что местные мусульмане вовсе не хотят в массе своей никакого отсоединения от Испании, так как качество жизни здесь контрастно выше, чем в соседнем Марокко.

Сеуту защищают серьезные сооружения

Испания присоединила эти земли не просто так. На протяжении столетий североафриканские пираты терроризировали христианские города Средиземноморья, совершая бандитские набеги и уводя в рабство целые села. Примерно как в то же время Крымское ханство захватывало и отправляло на невольничьи рынки жителей центральной Руси.

Разумеется, пираты действовали не сами по себе. За ними стояли османские беи в Алжире и Тунисе, а также марокканские короли. Марокко вообще было вполне серьезным рабовладельческим государством, контролирующим раза в три больше территории, чем оно контролирует ныне. Торговали и черными африканцами, захваченными в бассейне рек Сенегал и Нигер, и европейцами. Счет шел на миллионы людей.

Испанская корона, понятно, тоже не была невинным ягненком, но представлять дело так, что она неведомо с чего тратила огромные деньги на строительство крепостей в Африке, не надо. Это были мероприятия против другого хищника.

Марокко было не менее хищной империей, чем Испания

Потом, понятно, настали времена колониализма, Марокко стало протекторатом Франции и Испании, и только 1956 году обрело независимость.

Уже в 1963 году Марокко развязало войну против соседнего Алжира, заявляло претензии на территорию Мавритании, а в 1975 году оккупировало бывшую испанскую колонию Западная Сахара, стоило оттуда уйти испанцам.

Западная Сахара сегодня признана ООН крупнейшей колониальной территорией, а Марокко, соответственно, является колониальной державой. И, конечно, намерения «вернуть назад» Сеуту и Мелилью греют сердце каждого марокканского патриота. Вот только есть одна деталь: в Сеуте и Мелилье живут люди, которые с такими проектами не согласны.

Большая игра вокруг маленького города

Одним из инструментов давления на Испанию является, разумеется, вопрос миграции. Ну можно ли всерьез поверить, что 60 тысяч человек, не имеющих марокканского гражданства, могут спокойно собираться огромными толпами и продвигаться к госгранице, а местная полиция и армия не способны ни на что кроме созерцания.

Когда им надо марокканские силовики действуют очень жестко. В 2011 году они буквально раздавили выступления жителей оккупированных городов Западной Сахары. По оценкам российских СМИ, были убиты до 50 человек, а тысячи брошены в тюрьмы. Сейчас же мы наблюдали кадры, как марокканские таможенники буквально открывали ворота перед толпами, врывающимися в Сеуту.

Но почему именно сейчас был спровоцирован миграционный кризис?

Без вмешательства из-за океана не обошлось

Это тема глобальной политики. Еще в 2020 году Дональд Трамп вопреки всем резолюциям ООН признал Западную Сахару территорией Марокко. После его второго пришествия в Белый Дом выяснилось, что главным противником для президента США вообще является леволиберальная Европа. Отказ Испании пропустить через свое небо американские бомбардировщики, что летят бомбить Иран, добавил в этот котел эмоций. Марокканцы грамотно этим воспользовались и назвали свою главную дорогу, идущую в Западную Сахару, «шоссе Трампа».

Наконец, пару недель назад Испания заключила газовый союз с Алжиром - еще одним соперником Марокко, который методично поддерживает западносахарских повстанцев и разместил на своей территории лагеря беженцев. Испанская экономика получит дешевый газ, а Алжир современные технологии и инвестиции. Марокко это крайне раздражает.

Здесь же надо вспомнить и Израиль. Испания симпатизирует борьбе палестинцев и выступила против американо-израильских бомбежек Ирана. Израиль в ответ заключил военное соглашение с Марокко.

Толпы мигрантов, штурмующих испанские города в Африке в этих условиях являются разменной монетой в большой игре США, Израиля и Марокко против Испании, Евросоюза и в какой то степени палестинцев и Тегерана.

Мигрант мигранту рознь

Испания лишь недавно столкнулась с миграционными вызовами. В отличие от Франции, Великобритании или Германии с их быстрорастущими экономиками, Испания при диктатуре Франциско Франко была страной бедной и не нуждалась в рабочих руках. Однако после падения диктатуры начался экономический бум, который сопровождался падением рождаемости. Хотя последние 20 лет экономика буксует, рабочей силы стало не хватать. Хуже чем в Испании с рождаемостью дела обстоят только в Польше и Литве: коэффициент фертильности, то есть число детей на одну женщину детородного возраста, упал до отметки в 1.1. Иначе говоря, население страны через полвека сократится вдвое, а рабочих рук уже не достаточно.

Поэтому Испания открыла двери для рабочей миграции. Особенно интенсивная она оказалась из стран Латинской Америки, поскольку, понятно, их население говорит на испанском языке. Но заметный приток также возник из соседнего Марокко, которое давало сельхозрабочих.

Помимо того, чудесный климат Испании в сочетании с относительно недорогими ценами привлек к переезду сюда немецких пенсионеров, российских нуворишей и британских айтишников. Только англичан прибыло свыше миллиона.

Все это и стало причиной миграционного притока. Если в 1998 году иммигранты составляли символические 1.6% населения страны, то сейчас на них приходится уже 20.3% всех жителей.

Откуда эти люди? 25% мигрантов Испании - это выходцы из стран Европы, то есть немцы, французы, русские, шведы. Это состоятельные люди. Еще 47% прибыли из Латинской Америки. Это вполне адаптированная рабочая сила. И еще 25% - выходцы из арабских и африканских стран. Львиная доля последних - марокканцы (1.2 млн человек), плюс двести тысяч человек из Алжира и Сенегала.

Как это влияет на местную жизнь? Разумеется, испанская идентичность размывается. Но вот уровень преступности не вырос. Он даже снизился, хотя преступления, совершенные приезжими, естественно, вызывают большой резонанс и широкую дискуссию. И, конечно, среди приезжих этот уровень выше: марокканцы, алжирцы и сенегальцы, составляя 5% населения, обеспечивают 16% выявленных случаев торговли наркотиками, например.

Понятно, люди разные есть. Недавнее решение Испании легализовать пребывание в стране тех, кто и так трудится на полях, в сервисе или системе здравоохранения вполне объяснимо. Однако оно вызвало волну слухов на южных берегах Средиземного моря, что теперь паспорта раздают всем, кто ступит на испанскую землю. А таких людей не шестьдесят тысяч, а сотни миллионов. Население Африки перевалило за полтора миллиарда человек и к середине столетия там будет жить почти половина человечества. Учитывая, в каком руинизированном виде находится там государственная система и отсутствие каких либо социальных гарантий желание этих миллиардов бежать куда глядят глаза с собственной родины будет только возрастать. И да, это глобальный вызов, который затронет и Россию, и Китая. Не потому, что они поедут к нам. А потому что напряжение в одной части глобальной планеты в том или ином виде будет передаваться и в другие.

Мигранты становятся инструментом межгосударственного давления и Евросоюзу, не смотря на все нарративы о гуманизме, придется выстраивать барьеры все выше. Любая система может справиться с вызовами лишь до определенного уровня, а дальше возникает перенасыщение и распад всего достигнутого ранее. В этом смысле Россия выстраивает барьеры.

Дмитрий Носков