Мужчину похоронили в закрытом гробу без присутствия родных.
Дочь 73-летнего волгоградца Ивана Сухенко, умершего в реанимации из-за коронавирусных осложнений, уверена, что отца можно было бы спасти, если бы не беспредел в здравоохранении региона. Мужчину в критическом состоянии отказывалась госпитализировать, заявляя об отсутствии мест. Екатерина не скрывает, что в стационаре он оказался только благодаря знакомствам, но было уже поздно.
Недомогание Иван Васильевич почувствовал 21 сентября, когда вернулся домой с улицы. Парацетамол помог сбить повысившуюся до 38 градусов температуру, но утром на следующий день она снова поднялась – вызвали терапевта из поликлиники №1.
- Пришла фельдшер, посмотрела папу и сказала: «Сейчас вирус ходит, будет слабость. Смотрите, чтобы он у вас один никуда не ходил». Выписала «Азитромицин» и «Арбидол». Сказала, если через три дня лучше не станет, вызывать врача, - рассказала дочь погибшего корреспонденту «Блокноту Волгограда». - Через три дня температура не спала, вызвали врача повторно. Врач послушала отца и сказала, что дыхание чистое, все хорошо. Назначила «Цефтриаксон». Уколы ему делала я.
Когда спустя три дня у волгоградца началась отдышка, то врач сказала ему о необходимости компьютерной томографии, но направили Ивана Васильевича на рентген, который показал бронхит. От этого заболевания его лечили последние три дня перед госпитализацией. Родственники начали бить тревогу, когда состояние пенсионера стало стремительно ухудшаться, дыхание стало затрудненным. В госпитализации мужчине отказывали. Позже стало известно, что степень насыщения крови кислородом упала у него до 83%. Критическим показателем для определения пациента в стационар является показатель 95%.
- Когда мы вызвали скорую, которая ехала 8 часов, сатурация была 83%. Мест в больнице не было совсем. Я рыдала, просила, угрожала жалобами! «Мест в больнице нет. Делайте что хотите», - говорили нам. Только благодаря хорошим друзьям мне удалось определить папу в реанимацию больницы №12. Оттуда он уже не вернулся, - вспоминает Екатерина.
Любимого папы и дедушки Ивана Сухенко не стало 6 октября. В больнице был номер родственников для связи, но им никто не позвонили, чтобы сообщать об утрате. Екатерина узнала об этом сама, когда в очередной раз хотела уточнить сводку о текущем состоянии отца. Вместо прогнозов о выздоровление дочь услышала, что родной человек в морге.
- Мне неизвестно, кто был лечащим врачом и как ушел папа. Его похоронили в закрытом гробу, на кладбище никого не было, - объясняет волгоградка. - Это боль и ужас, который никому не дай бог пережить. Я об этом рассказываю, потому что люди должны знать правду. Нас никто не собирается лечить. Статистика, о которой идет речь - это фикция. На самом деле, это похоже на чуму, от которой нет лечения.
Сейчас болеют шесть членов семьи Сухенко, все они заразились по контакту.
- Вся семья сейчас лежит по больницам. Я с дочкой, мама... Чем и когда это закончится, не известно, потому что у нас был длительный контакт. У мамы в палате был аппарат с кислородом, но его забрали. Это такой бардак. Я звонила главному врачу и спрашивала, на каком основании пациентов оставили без поддержания, но это бесполезно.
Екатерина и ее трехлетняя дочь госпитализированы в одну больницу, ее мама лежит в другом стационаре. Амбулаторно лечатся муж Екатерины, а также ее сестра с супругом.
Автор: Анна Нефедова
