Джо Байден, помимо помилования членов собственной семьи, неожиданно смягчил наказание 80-летнему Леонарду Пелтиеру, самому известному в СССР индейцу
19 января, когда уходящему президенту США Джо Байдену оставались считанные часы до ухода с поста, он, готовясь передать власть Дональду Трампу внезапно вспомнил о давно позабытом герое американских индейцев.
Речь о восьмидесятилетнем Леонарде Пелтиере, который почти полвека провел за решеткой, имея за душой два пожизненных срока. Пелтиера, арестованного в 1976-м, обвиняли в убийстве двух офицеров ФБР. Их расстреляли в 1975-м в ходе стычки между активистами Движения американских индейцев (ДАИ) в Пайн-Ридж, резервации штата Южная Дакота, отведенной племени оглала.
Американское правосудие считало и продолжает считать Пелтиера виновным. Байден лишь позволил фактически умирающему заключенному закончить свои дни под домашним арестом.
Пелтиер перенес ковид и инсульт, почти потерял зрение. У него хронические диабет и гипертония. Так что вряд ли стоит ждать от него каких-то активных действий после переезда из тюрьмы под крышу собственного дома.
В СССР Пелтиер был, пожалуй, самым популярным из настоящих индейцев (хотя, конечно, югославского актера Гойко Митича в ролях различных выдуманных последних из могикан котировали гораздо выше). Ну а лозунг «Свободу Леонарду Пелтиеру» звучал с той же силой, что и «Свободу Анджеле Дэвис».
Открытые письма с требованиями его освобождения писали пионеры, комсомольцы, просто «неравнодушные граждане» по итогам собраний на заводах и в учреждениях. С точки зрения советской пропаганды все было понятно: есть борец за права коренных народов Америки, угнетаемый белыми капиталистами-колонизаторами.
Конфликт между индейцами и вашингтонскими властями на самом деле, конечно, в первую очередь сводился к деньгам. В Вашингтоне считали, что индейцам пора бы как-то вливаться в общество, платить налоги и так далее. Индейцы требовали возврата им племенных земель, на которых был бы установлен особый правовой статус.
Надо сказать, что борьба индейцев бесплодной не была. В конечном счете в конце 1980-х им фактически выделили «поляну» для заработка – президентом Рональдом Рейганом был подписан закон о деятельности индейских казино. С тех пор бледнолицые каждый год проигрывают краснокожим многие миллиарды долларов.
Но вернемся к Пелтиеру. Надо сказать, дело против него и в самом деле не выглядит железобетонным. Следствие решило, что агенты ФБР были застрелены из 5,56-миллиметровой винтовки Леонарда.
В конечном счете обвинение базировалось, по сути, на показаниях одной-единственной индианки по имени Миртл Бедный Медведь. Она заявила, что лично видела, как Пелтиер производил «контрольные выстрелы» в ФБРовцев. Многие международные правозащитные организации считают, что ее попросту заставили дать такие показания.
Советская пресса писала в 1986 году:
«26 июня «двое в штатском» проникли на территорию резервации и стали обстреливать дом индейца, в котором были женщины и дети. Прибежавшие индейцы открыли ответный огонь. Провокаторы и один индеец были убиты. Вопрос о расследовании убийства индейца никогда даже не поднимался, зато смерть двух провокаторов использовали для охоты на индейцев. В первую очередь охотились за Леонардом Пелтиером, хотя он не принимал никакого участия в перестрелке.
Пелтиер был арестован. На основании сфабрикованных улик он был приговорен к двум пожизненным заключениям. Приговорен за то, что выступал за соблюдение властями законных прав его народа.
Исполнилось десять лет, как он томится в тюрьме. Однако тюрьма не сломила Пелтиера. Он полон решимости продолжать борьбу до победного конца.
Многие страны мира охватила кампания солидарности с Пелтиером. Только по инициативе газеты «Комсомольская правда» около 17 миллионов юношей и девушек поставили свои подписи под обращением к президенту США с требованием немедленно освободить Леонарда Пелтиера».
Что ж, президент США отреагировал. Правда, не тот, кому писали, да еще и 39 лет спустя, но все же.
Ранее, в начале декабря, Джо Байден заранее помиловал своего сына Хантера, защитив его от всех возможных обвинений, чем вызвал крайне противоречивую реакцию в американском обществе.
