Модель давно увлекается сомнительными духовными практиками.
Модель и блогер Виктория Боня не раз подвергалась критике со стороны подписчиков и коллег по шоу-бизнесу за увлечение сомнительными практиками. Так, в начале февраля телеведущую на своем YouTube-канале раскритиковала журналистка Ксения Собчак, высмеяв ее способ похудения с помощью кактуса Сан-Педро, который запрещен в большинстве стран, в том числе и в России.
А накануне к этим обсуждениям решила присоединиться и певица Сати Казанова. В своем интервью девушка заявила, что считает увлечения экс-звезды телестройки очень опасными для физического и ментального здоровья. Артистка призналась, что и сама пробовала аяуаску (мексиканский галлюциногенный напиток, который запрещен в России – прим.ред.) вместе с Викторией, однако после поняла, что он далеко не безобиден.
«Это было 12 лет назад, там еще был какой-то парень, и мы просто, извини за подробность, блевали, потому что обязательной частью является очищение. Но, извините, практика, в которую входит рвота, я считаю такой себе практикой. Ну как бы даже эстетически», - заявила бывшая участница группы «Фабрика».
«То есть Вика уже 12 лет делает такие ритуалы?!», - удивилась ведущая Лаура Джугелия.
«Да, но я тогда ничего не увидела. Просто чувствовала эти запахи, слышала эти звуки и думала: «Господи, когда же это закончится?». Это был один из худших опытов в моей жизни. И слава Богу, это было так», - добавила участница первого сезона «Фабрики звезд» на YouTube-канале «FAMETIME TV», - «Я знаю людей, которые десять лет пьют что-то, но это уже наркомания. Не верю, что, употребляя любое вещество, можно по-настоящему достичь просветления, самореализации и уж тем более богореализации».
Напомним, несколько лет назад Виктория Боня умудрилась заслужить осуждение и со стороны актрисы Анфисы Чеховой после скандала в магазине брендовой косметики «Sephora» из-за отказа надеть маску. Тогда телеведущая заявила, что модель, вероятно, просто переборщила с запрещенной в РФ аяуаской, с помощью которой якобы достигла высокого уровня «осознанности» во время ритуала в Латинской Америке.
