Неделю назад в эфире новой программе Первого канала «На самом деле» с Дмитрием Шепелевым появился певец Данко.
Мужчина заявил на всю страну, что подозревает гражданскую супругу Наталью в измене и хочет пройти ДНК-тест, чтобы убедиться в отцовстве «особенной» дочери Агаты. Для многих поклонников артиста подобные слова стали настоящим шоком, ведь все знают о том, как он любит малышку и старается сделать все, чтобы продлить ее жизнь и восстановить здоровье. Однако Данко признался, что на самом деле согласился принять участие в шоу только ради ребенка.
- Я не хотел поднимать шумиху с обманом, мне неприятна эта ситуация. После выхода программы я получил огромное количество негативных комментариев, в которых меня обвиняли в том, что я попросил сделать генетическую экспертизу. Ведь мне взамен обещали помочь, а ради родного ребенка пойдешь на все, что угодно, - рассказал Данко.
- Саша, на каких условиях вы согласились участвовать в программе «На самом деле»? - Мне обещали в эфире программы объявить сбор средств для Агаты, дать номер карточки, упирали на это. С этим условием я согласился прийти на эфир, они пообещали. Все разговоры у меня записаны. Подчеркиваю, что я пошел на съемки, согласился на их «желтуху» только, чтобы помочь ребенку - нам много что нужно.
- Лечение очень дорогостоящее. Но сбор денег не объявили. В эфире об этом не было речи. Почему? - После съемок я позвонил и напомнил об их обещании. Прозвучала отмазка: «Не получилось... Вот, мол, Шепелеву тоже собирали, и на фоне этого в последний момент руководство решило не объявлять о сборе денег".
Но мне об этом надо было сообщить до съемки. - Почему вы не прописали свое условие в договоре? С кем из редакторов вы договаривались? - Да там их 150 человек звонило, о они все же такие добрые, друзья. Разводят на хорошие человеческие отношения. Я подписал только те бумажки, которые им нужны - они сами всегда подстраховываются. Думать, что все аферисты и тебя хотят кинуть и обмануть, воспользоваться твоим горем? Мне это в голову не могло прийти. Всегда считал, что человек стоит ровно столько сколько стоит его слово.
