Иллюстрация: нейросеть
Если в отношении Прибалтики в перестройку действовал комплекс - «они нам чужие», что было полностью неверно, как я показал в свое время в МК, то на момент развала СССР были республики, которые, напротив, совершенно не желали никуда выходить, и которых путчисты в Беловежье буквально выпихнули из состава государства, задним числом присвоив тот же ярлык «чужих».
Начнем с малоизвестного факта – когда в 1922 году большевики создавали СССР, то РСФСР была гораздо крупнее той РСФСР, которую 1991 переименовали в «РФ». Тогда в нее входили нынешние Казахстан и добрая половина Средней Азии. Даже такие русофобы как Ленин и Сталин считали эти земли вполне себе русскими.
Но подобная доброта, видимо, долго продолжаться не могла. И как только Ленин умер, Сталина обуял зуд переустройства и перенарезки земель. На тот момент Средняя Азия представляла пеструю картину. Большевики захватили Хивинское ханство и Бухарский эмират (напомню, формально они в Российскую империю не входили, а были на положении вассалов) и объявили их народными советскими республиками. Но поскольку такой «монархический» принцип государственности противоречил большевистской установке на создание республик под национальности, то в Политбюро решили, что надо в Средней Азии положить этнический принцип в основу деления.
12 июня 1924 Политбюро ЦК РКП (б) приняло постановление «О национальном размежевании республик Средней Азии». Были образованы Туркменская и Узбекская ССР. Им отдали территории РСФСР, а также бывшие Хиву и Бухару. Вновь созданный Таджикистан вошел в Узбекистан на правах автономии, а образованная Кара-Киргизия - в РСФСР. Попутно большевики создали два народа – узбеков и таджиков. До этого времени местное население Средней Азии делилось не по языку, а по роду занятий. Оседлое население противопоставлялось кочевому. А кто на каком наречии говорил – было вопросом третьестепенном. Отчетливо выделялись только туркмены и кара-киргизы (и каракалпаки). А теперь людей поделили по языку – тюркоязычных записали в узбеков, персоязычных в таджиков.
Но нам важно, что именно тогда, в 1924, большевики подарили новенькой республике Ташкент (хотя на него претендовали и казахи) и Самарканд, города из состава РСФСР (принадлежность их России до 1917 не оспаривалась даже англичанами). Основное же урезание РСФСР произошло в 1936. Сталин готовился к принятию новой конституции, и решил чем-то удивить мир. По его задумке, великодушный «старший брат» в декабре 1936-го вычленил из своего состава почти три миллиона квадратных километров – территория размером с Индию. Казахская и Киргизская АССР провозглашались союзными республиками, а Каракалпакию отдали из РСФСР Узбекистану.
Тяжелый удар по России не должен нас удивлять – Сталину было важно показать угнетенным народам Азии и Африки, как коммунисты ценят право наций на самоопределение. Собственно, с той же целью большевики ранее отпустили Финляндию, Украину, Белоруссию, Закавказье. Тут страшнее другое – Сталин точно также мог превратить в союзные республики Татарию и Башкирию с Якутией. Почему же он, все-таки, так не поступил, отец-основатель независимых Казахстана и Киргизии рассказал на 25 ноября 1936 года на VIII съезде Советов: «Нельзя мотивировать перевод автономных республик в разряд союзных республик хозяйственной и культурной их зрелостью, так же как нельзя мотивировать оставление той или иной республики в списке автономных республик ее хозяйственной или культурной отсталостью. Это был бы не марксистский, не ленинский подход. Татарская Республика, например, остается автономной, а Казахская Республика становится союзной, но это еще не значит, что Казахская Республика с точки зрения культурного и хозяйственного развития стоит выше, чем Татарская Республика. Дело обстоит как раз наоборот…
Каковы те признаки, наличие которых дает основание для перевода автономных республик в разряд союзных республик?
Их, этих признаков, три.
Во-первых, необходимо, чтобы республика была окраинной, не окруженной со всех сторон территорией СССР…
Во-вторых, необходимо, чтобы национальность, давшая советской республике свое имя, представляла в республике более или менее компактное большинство. Взять, например. Крымскую Автономную Республику. Она является окраинной республикой, но крымские татары не имеют большинства в этой республике, наоборот – они представляют там меньшинство…
В-третьих, необходимо, чтобы республика была не очень маленькой в смысле количества ее населения, чтобы она имела населения, скажем, не меньше, а больше хотя бы миллиона».
То есть все решали случайные факторы. Почему-то вопросу о переходе маленького Крыма из РСФСР в УССР в 1954 году уделяется большое внимание, а тому что из РСФСР взяли и вырезали три миллиона кв. км. в 1936-м – нет. Исконно русские города – Павлодар, Семипалатинск, Усть-Каменогорск, Гурьев, Уральск важны для России ничуть не меньше Севастополя с Ялтой. И многим уже кажется, что тот же Казахстан не был создан рукотворно большевиками, а существовал с незапамятных веков.
Напомним, он вошел в состав России постепенно своими жузами в XVIII-XIX вв. Не как единое целое, хотя бы потому, что этого «целого» не существовало. Казахи-мусульмане, раздробленные на три жуза, потерпели в начале XVIII века страшные поражения от джунгар-буддистов, и вопрос стоял о ликвидации ислама в степях от Волги до Иртыша. И именно русские цари спасли мусульман от преследований, взяв казахов под свою руку. Аналогично Россия укрыла у себя в семидесятые годы XIX века мусульман - дунган и уйгуров, которых китайцы вырезали поголовно при подавлении восстания.
С интересами РСФСР не считались никогда. В 1940 году Сталин отрезал от нее т.н. «Карело-Финскую ССР». Ему это надо было на будущее – чтоб после первой неудачи попытаться когда-нибудь вернуть Финляндию. И, кстати, именно Хрущев, проклинаемый за Крым (и справедливо), отменил этот сталинский указ, обратив вновь республику в автономию. А так бы, разумеется, сегодня у нас сегодня была независимая Карелия, и тамошние пропагандисты настойчиво рассказывали, что жители Петрозаводска ничего общего с русскими не имеют, а Кремль бы ломал голову как наладить паромное сообщение с Мурманском, отрезанным подобно Калинграду.
К 1991 году Казахстан представлял уникальное явление, русских там было больше чем титульного населения. Я это помню хорошо – половина моего дошкольного детства прошло в Кустанайской области, в городе Рудном, и русских в нем было процентов 95. В степях находились сверхважные и секретные общесоюзные оборонные объекты – Байконур, атомный полигон в Семипалатинске, и полигон ПРО на Балхаше. Сам хитрый Назарбаев никаких шагов к выходу из СССР не предпринимал поэтому, и никто в Казахстане независимости не хотел и не мог хотеть.
Но для Ельцина все это не имело значения. Он, можно сказать, вытолкнул Казахстан из Союза. Если в случае Прибалтики можно было сослаться на националистические настроения, в случае Украины на пресловутый референдум, то Казахстан вообще не имел поводов для нелояльности. Назарбаева, как и других президентов Средней Азии, просто поставили перед фактом, что СССР больше нет.
Еще меньше хотели покинуть Союз в Средней Азии, там отлично понимали, что без Москвы их ждет скатывание в средневековье, анархию и резню. Это к вопросу об «исторической предопределенности и неизбежности» развала СССР-России. Ее, конечно, не было и быть не могло. Все предопределили особенности личности у нескольких человек в советской верхушке того времени, точно также как личные качества Дэн Сяопина и его соратников, обусловили сохранение китайской империи и успешность тамошних реформ.
Но никакие ошибки и преступления режима в РСФСР в 1991 не могут служить оправданием нынешний политики наших южных лимитрофов. Всплески пещерного русофобского национализма в сегодняшнем Казахстане и Средней Азии не случайны. Чем сильнее понимание случайности собственного «суверенитета», тем яростнее мотивация его защищать вопреки здравому смыслу и исторической обреченности.
