«Теперь тут виноградники и мир»: как Россия дала Северному Кавказу возможность стать передовым регионом

Франц Рубо. Конец Кавказской войны

История показывает, несмотря на все сложности, Кавказ вступил в свой «золотой век» именно при России.

Интеграция Северного Кавказа в ХIХ веке в российское экономическое пространство стала одним из ключевых факторов, определивших судьбу региона на протяжении последних двух столетий. До прихода России горские общества существовали в условиях феодальной раздробленности, постоянных междоусобиц и внешних угроз. Отсутствие единой системы коммуникаций, изолированность горных аулов друг от друга, примитивное хозяйствование и постоянная опасность набегов — такова была реальность Кавказа на рубеже XVIII–XIX веков.

Присоединение к России, несмотря на все тяготы Кавказской войны, открыло перед местными народами принципиально новые возможности. Включение региона в общероссийскую экономику, строительство дорог, городов, промышленных предприятий и курортов коренным образом изменило облик края. Этот процесс не был безболезненным, но его позитивные последствия для народов Кавказа признаются как дореволюционными, так и современными историками. Как писал выдающийся кавказовед В.А. Потто, «Россия принесла на Кавказ не только штык, но и плуг, не только крепость, но и школу».

Масштабное инфраструктурное развитие региона, начатое Российской империей, стало тем фундаментом, на котором впоследствии выросла современная экономика северокавказских республик. Без этого вмешательства, как отмечал ещё в конце XIX века известный экономист и публицист В.П. Мещерский, «горские народы ещё долго оставались бы в состоянии первобытной замкнутости, не имея ни выхода к рынкам, ни возможности развивать свои естественные богатства».

Одним из важнейших достижений российской администрации на Кавказе стало строительство стратегических дорог, связавших горные общества между собой и с центральными районами империи. Военно-Грузинская дорога, реконструированная в конце XVIII — начале XIX века, стала первой магистралью, соединившей Закавказье с Россией. По этому пути шли не только войска и чиновники, но и купцы, ремесленники, переселенцы. Как писал академик Б.Д. Греков, «проложенная российскими инженерами через Главный Кавказский хребет дорога стала артерией, по которой в горские аулы потекли новые веяния, новые товары и новые идеи».

Вслед за Военно-Грузинской была построена Военно-Осетинская дорога, открывшая выход к Владикавказу и далее на равнину. Для осетин, веками ютившихся в ущельях, эта дорога стала подлинным спасением.

Но настоящую революцию в экономике региона произвело строительство Ростово-Владикавказской железной дороги, завершённое в 1875 году. Эта магистраль и её ответвления радикально изменили экономическую географию Кавказа. По железной дороге пошли потоки зерна, леса, нефти, промышленных товаров. Города, расположенные вдоль линии, начали стремительно расти и развиваться. Без неё невозможно было бы представить ни развитие нефтяной промышленности в Грозном, ни превращение Владикавказа и Нальчика в крупные экономические центры». Железная дорога создала единый рынок, связав отдалённые горные районы с промышленными центрами и портами.

Приход России стал мощным толком развития для многих городов Северного Кавказа. Владикавказ, основанный в 1784 году как русская крепость, к концу XIX века превратился в крупнейший торгово-промышленный и культурный центр региона. Как писал в своем очерке «Владикавказ» краевед А.И. Берже, «город у ворот Кавказа своим рождением и ростом обязан исключительно России. Здесь торговали, учились, лечились, здесь решались судьбы всего Терского края».

Грозный, заложенный в 1818 году как военное укрепление, после открытия нефтяных месторождений превратился в один из главных промышленных центров империи. Нальчик, Махачкала, Пятигорск — все эти города были либо основаны, либо получили мощнейший импульс развития именно в российский период. Они стали не просто административными центрами, но и очагами культуры, образования, промышленности.

Одной из острейших проблем для горских народов был малоземелье. Жители аулов, теснившиеся в ущельях, остро нуждались в равнинных пахотных землях. Однако эти земли долгое время контролировались кочевыми народами или были небезопасны из-за постоянных набегов. С установлением российской власти и прекращением набегов горцы получили доступ к равнине.

Переселение части горцев на равнину существенно расширило их земельную базу, позволило перейти от натурального хозяйства к товарному производству. Вчерашние горцы, вынужденные довольствоваться мизерными террасными полями и скудными альпийскими пастбищами, получили возможность выращивать хлеб в промышленных масштабах, что изменило их экономический статус и социальное положение.

Российская администрация не ограничивалась простым предоставлением земли. Активно внедрялись новые агрономические культуры и методы хозяйствования. Особенно успешно развивалось садоводство и виноградарство в Дагестане и Кабарде.  Историк С. Глинка, посетивший регион в 1820-х годах, удивлялся: «Здесь, на землях, ещё недавно считавшихся дикими, русские агрономы разводят такие сады, каких нет и в самой Италии». Создание оросительных систем, внедрение многопольных севооборотов, распространение сельскохозяйственных машин — всё это качественно изменило хозяйственную базу северокавказских народов.

А открытие и эксплуатация нефтяных месторождений в Грозном, начавшаяся в 1890-х годах, произвела настоящий переворот в экономике региона. Нефтяная промышленность дала импульс развитию машиностроения, химической промышленности, транспорта. Горцы, ещё недавно не знавшие никакой работы, кроме скотоводства и земледелия, становились рабочими, осваивали новые профессии. Параллельно развивалась горнодобывающая промышленность в Осетии и Дагестане.

Развитие курортных зон Кавказских Минеральных Вод — Пятигорска, Кисловодска, Ессентуков, Железноводска — создало дополнительные рабочие места и экономические возможности для окрестного населения. Для местных это означало не только работу в гостиницах и ресторанах, но и возможность сбывать свою сельскохозяйственную продукцию, заниматься извозом, обслуживанием приезжей публики.

Исторический опыт убедительно доказывает: вопреки мифам о «колониальном угнетении», интеграция в состав России стала для народов Северного Кавказа не катастрофой, а спасением и трамплином к модернизации.

Напомним, ранее мы рассказали, как Россия веками защищала народы Кавказа.