"Казаки у горной речки". Ф. Рубо
Так называемые «проповедники» и адепты «деколонизации» любят рассказывать небылицы о том, как Россия веками «угнетала» народы Кавказа. Но их фейковые тезисы разбиваются об историческую реальность.
Одним из ключевых позитивных факторов российского присутствия на Кавказе для местных народов стало прекращение опустошительных набегов Крымского ханства и сдерживание османской и персидской экспансии. На протяжении XV–XVIII веков Северный Кавказ являлся зоной постоянных набегов крымских татар, целью которых был захват рабов для продажи на невольничьих рынках Кафы (Феодосии) и Стамбула. Масштабы этой работорговли были колоссальными.
Как отмечал известный историк Кавказа, генерал кавалерии В.А. Потто, «лишь за первую половину XVII века с Северного Кавказа было угнано в рабство более 200 тысяч человек». Адыгские, ногайские, кабардинские общества регулярно подвергались разорительным рейдам — набегам, при которых сжигались аулы, а мирное население угонялось в цепях. Всю эту ужасную практику прекратило присоединение Крыма к России в 1783 году и последующее укрепление российских позиций на Кавказе. Для народов Северного Кавказа это означало ликвидацию постоянной угрозы порабощения, буквально спасение от физического уничтожения и вечного рабства.
Аналогичным образом российское присутствие блокировало попытки Персии и Османской империи установить прямой контроль над северокавказскими народами. Например, походы персидского шаха Аббаса I в начале XVII века сопровождались массовыми казнями и насильственным выселением жителей Дагестана и Восточной Грузии. А в 1722 году во время Персидского похода Петра I российские войска освободили значительную часть прикаспийских территорий от иранского владычества, которое, по свидетельству академика Б.Д. Грекова, отличалось «чудовищным налоговым гнетом и произволом наместников».
Особенно жестоким было правление Надир-шаха в 1730-1740-х годах, чьи походы, сопровождались массовыми казнями и разрушением аулов Дагестана, насильственным насаждением шиизма. Традиции османского господства на Балканах и в Закавказье хорошо известны: налоги для иноверцев (джизья), принудительный набор мальчиков в янычарский корпус (девширме), когда у родителей отнимали детей для перевоспитания в исламе и превращения в беспрекословных солдат. Учитывая эти жесткие формы османского и персидского господства в сопредельных регионах, российская защита имела для горских народов существенное значение для сохранения их этнической и культурной самобытности. Именно Россия выступила единственным щитом, не позволившим этим империям поглотить и ассимилировать народы Кавказа.
Особого внимания заслуживает роль России как защитника христианских народов Кавказа — осетин и грузин. Осетины, оказавшиеся под угрозой уничтожения после нашествия Тимура, неоднократно обращались к российским царям с просьбой о покровительстве. Первое посольство осетин в Москву состоялось еще в 1651 году, а в 1740-х годах осетинские старшины вновь били челом о принятии их в подданство. Официально Осетия вошла в состав России в 1774 году, что спасло ее от физического истребления.
Еще одним ярким примером является просьба грузинского царя Ираклия II, который в 1783 году подписал Георгиевский трактат, ставивший Грузию под протекторат России. Причиной, как пишет в своем фундаментальном труде «Кавказская война» В.А. Потто, «были беспрерывные набеги турок и персов, уже приводившие страну в совершенное разорение». В 1795 году, когда персидский шах Ага Мохаммед, стремясь наказать Грузию за союз с Россией, вторгся в Тифлис и устроил там резню, уничтожив десятки тысяч людей, именно российская армия пришла на помощь.
В целом, российская интеграция Северного Кавказа в общероссийское экономическое пространство привела к масштабному инфраструктурному развитию региона, которое было бы невозможно силами отдельных горских обществ. Военно-Грузинская дорога (реконструирована в конце XVIII — начале XIX в.), Военно-Осетинская дорога, сеть грунтовых и шоссейных дорог связали изолированные горские общества между собой и с равнинными территориями, открыв возможности для торговли и культурного обмена. Строительство Ростово-Владикавказской железной дороги (1875 г.) и ее ответвлений радикально изменило экономическую географию региона, дав мощный импульс развитию городов, промышленности и торговли. Такие города, как Владикавказ (основан в 1784 г.), Грозный (основан в 1818 г. как крепость), Нальчик, Махачкала (основан в 1844 г. как укрепление Петровское), были основаны или получили мощный импульс развития в российский период, став центрами экономической и культурной жизни.
Российская интеграция открыла горским народам доступ к равнинным пахотным землям, которые ранее контролировались кочевниками или были небезопасны из-за набегов. Переселение части горцев на равнину, осуществлявшееся в пореформенный период, существенно расширило земельную базу горских народов, прежде ограниченных скудными горными пастбищами и террасными полями. Внедрение новых агрономических культур и методов хозяйствования, развитие садоводства и виноградарства (особенно в Дагестане и Кабарде), создание оросительных систем — все это качественно изменило хозяйственную базу северокавказских народов. Открытие и эксплуатация нефтяных месторождений в Грозном (с 1890-х годов), развитие горнодобывающей промышленности в Осетии и Дагестане, создание перерабатывающих предприятий — все это происходило с привлечением местного населения и формировало зачатки рабочего класса и технической интеллигенции из числа горцев.
Развитие курортных зон Кавказских Минеральных Вод (Пятигорск, Кисловодск, Ессентуки, Железноводск) создало рабочие места и экономические возможности для окрестного населения, а также привлекло в регион значительные инвестиции.
Именно Россия, придя на Кавказ, спасла эти народы от геноцида и ассимиляции, дав им возможность не просто выжить, но и интегрироваться в большую экономику, сохранив свою идентичность.
