Это хуже, чем нефтяной шок: Ближний Восток запустил цепную реакцию с отложенными последствиями

Иллюстрация: "Блокнот"

Перебои в Ормузском проливе уже отражаются на критически важных поставках, эксперты говорят об эффекте с задержкой.

Конфликт в районе Персидского залива постепенно выходит за рамки нефтяного рынка. Сначала внимание было сосредоточено на росте цен на нефть, но сейчас всё чаще обсуждают другой эффект — перебои с продовольствием. Он пока не виден в магазинах, но уже формируется в цепочке поставок.

Основной сбой пришёлся на рынок удобрений, пишет «Царьград». Через Ормузский пролив проходит около трети мировой морской торговли агрохимией — азотные, фосфатные и серосодержащие компоненты. Из-за конфликта этот маршрут оказался серьёзно нарушен. По оценкам международных структур, рынок ежемесячно теряет примерно 3–4 миллиона тонн удобрений.

Ситуация совпала с началом посевной кампании в Северном полушарии. Это делает перебои особенно чувствительными. Аграрии уже сейчас получают меньше удобрений, чем планировали, и это напрямую влияет на будущий урожай.

Эксперты описывают происходящее как «эффект отложенного удара». Сначала сокращается доступ к ресурсам, затем падает урожайность, и только после этого растут цены на продукты.

Цены на удобрения уже резко выросли. Карбамид и другие основные виды подорожали на десятки процентов, местами до 60%. При этом часть поставок застряла в регионе конфликта: суда не могут пройти по привычным маршрутам. Из-за этого сбой распространяется сразу по всей цепочке — от производства до логистики.

Проблема затрагивает не один вид сырья. В производстве удобрений связаны аммиак, фосфаты и сера. Если выпадает хотя бы один элемент, нарушается весь технологический процесс. В результате часть хозяйств не может обеспечить полный цикл выращивания культур.

Сильнее всего это бьёт по странам, зависящим от импорта. В Азии и Северной Африке доля привозных удобрений очень высокая. Индия получает до половины объёмов через Персидский залив и уже ищет альтернативные маршруты. В более уязвимом положении находятся бедные страны Африки, включая Судан и Сомали, где рост цен может напрямую повлиять на доступность еды.

Рост цен заметен и в развитых экономиках. В США и Европе есть собственное производство, поэтому ситуация пока стабильнее, но стоимость удобрений и продуктов всё равно растёт. Дополнительное давление создаёт подорожание нефти, которое увеличивает транспортные и производственные расходы.

Отдельный фактор — логистика через Ормузский пролив. По сообщениям источников, Иран начал вводить собственные правила прохода судов, усложняя транзит. Это делает поставки медленнее и дороже, добавляя нестабильности всей системе.

Часть стран пытается частично закрыть дефицит за счёт собственного производства и экспорта. Среди них называют Россию, которая занимает заметную долю на рынке удобрений и не зависит от маршрута через Ормузский пролив. Но быстро нарастить поставки невозможно из-за ограничений мощностей.

Сейчас проблема уже вышла за пределы одного региона. Нарушена вся логика глобальных поставок для сельского хозяйства, которая держится на нескольких ключевых маршрутах и поставщиках.

Основной эффект для продовольственного рынка проявится позже — после завершения сельхозсезона, когда станет понятно, каким будет урожай.

Ранее стало известно, что война в Иране пошла не по плану — США недооценили возможности Тегерана.