Турция потеряла мировой авторитет, а России придется решать вопрос, как развиваться дальше.
Экономические потери от охлаждения отношений Турции и России сегодня не так важны, как политические, а они гораздо серьезнее и ощутимее. Такого мнения придерживается политолог Леонид Крутаков.
Леонид Крутаков
- Самое большое сожаление вызывает то, что долгий период потепления в отношениях Турции и России прошел. Турция все это время поддерживала Россию, к примеру, во время противостояния с Грузией. Именно тогда Турция запретила проход военных судов США в Черное море, что могло иметь негативные последствия. Согласитесь, для Турции – члена НАТО – это очень уверенный поступок, который говорил о самостоятельности руководства страны, - говорит политолог.
Также он напомнил о реакции, которую в мире вызвало подписание президентами Эрдоганом и Путиным меморандума по «Турецкому потоку».
- Это решение вызвало реальный шок в мире. Именно поэтому Россия и не ожидала таких действий от Турции. По виду Владимира Путин было заметно, что это был удар, президент выглядел обеспокоенным. Предстоит искать стратегические пути, как развиваться дальше, - уточняет Крутаков.
Под вопросом остается судьба не только «Турецкого потока», но и «Северного потока», потому что оба эти проекта никак не вяжутся с интересам США.
- США всегда играли на разногласиях других стран, сами держась в стороне. Так было в начале Первой мировой войны, Второй мировой войны, при Карибском кризисе, - говорит политолог. – Турция, как ни крути, является страной сильной и весомой для мирового расклада, особенно в последнее время, когда Эрдогану удалось укрепить авторитет, политический и экономический вес страны. США это понимают и делают все, чтобы ударить и по Турции, и по России.
Политолог признался, что сам инцидент со сбитым турецкими ВВС самолетом Су-24 вызывает много вопросов и неясностей. Дело в том, что у минобороны Турции двойное подчинение – руководству страны и НАТО. Отсюда напрашиваются два вывода. Первый - если Эрдоган был поставлен уже перед фактом, то это говорит о том, что он фактически отдал всю свою власть США. Второй - если же это решение было исключительно самого Эрдогана, то эту позицию тоже не назовешь сильной, считает политолог.
И в том, и в другом случае становится ясным, что региональные вызовы и проблемы взяли верх над глобальной и самостоятельной ролью, которую Турция играла совсем недавно в мире, заключает Крутаков.
