Анна-Мария хочет через 5 лет сделать мужские документы, операции по коррекции пола пока в планах нет.
Дочь Михаила Ефремова в рамках исповеди на платформе PREMIER рассказала о ментальных проблемах, смене пола и будущих детях. Несмотря на то, что в паспорте стоит имя Анна-Мария, она теперь Аэм или Сергей, и обращаться к Сергею нужно только в мужском роде:
«Анна-Мария никуда не делась, просто вам необходимо смириться с тем, что её никогда не было. Это была маска, это была иллюзия. Многие люди, правда, считают, что иллюзия - это то, что происходит сейчас, но посмотрим, когда до них дойдёт».
Аэм признался, что ему очень неприятно, когда окружающие обращаются к нему как к девушке. Также он рассказал о проблемах со здоровьем. Его беспокоят панические атаки, многократно повторяющиеся ночные кошмары, проблемы со сном, приступы агрессии. Но сейчас он в относительной норме и находится во вполне стабильном состоянии, но периодически «переклинивает».
О детях Сергей всё-таки иногда задумывается. Роды в его планы не входят, но он допускает мысли об усыновлении. Но о традиционной семье не может быть и речи:
«Мне часто говорят, что я наиграюсь, рожу ребеночка, найду себе хорошего мужа с большим членом, и у меня будет прекрасная традиционная семья. Но проблема в том, что все 19 лет моей жизни мне хочется улыбнуться и каждый раз поспорить с человеком на бутылку вискаря.<…> Потому что ничего не изменится! И вам придется с осознанием этого жить. Не наиграюсь».
Аэм планирует менять документы на мужские в 25 лет, но речи о хирургической коррекции пола пока не идёт: слишком велики риски. Также Аэм отметил, что ему нравятся и девушки, и юноши, но в данный момент он отдаёт предпочтение небинарным людям, которые не хотят находиться в рамках одного пола.
Как признался Сергей, его ментальные проблемы родом из детства. Жизнь с пьющей матерью оставила свой отпечаток: «Мать очень гордилась тем, что я рос, как Маугли. Но я не вижу поводов для гордости. Сейчас у меня есть ментальные проблемы, которые идут из-за отношения матери ко мне в детстве. Она поднимала на меня не только руку, но и нож за то, что как-то ночью решил водички попить»
