Угроза вторых туров преувеличена
Любые прогнозы по поводу вторых туров на губернаторских выборах имеют право на существование, но относиться к ним, как и к любым политологическим прогнозам, нужно осторожно. Особенно если речь идет об экспертных опросах, а не об электоральных рейтингах.
После прошлогодних выборов, когда поражения кандидатов-единороссов стали настоящим шоком для системы, «гадания на вторых турах» стали в экспертном сообществе очень популярными. Все эти исследования сводятся к тому, что у губернаторов-новичков больше шансов выиграть в первом туре, чем у губернаторов, отработавших один срок и более. Это действительно так.
У губернаторов-старожилов, как правило, выше антирейтинг, у них нет эффекта «нового лица». Их могут преследовать давние внутриэлитные конфликты. В конце концов, из четырех губернаторов, которые в прошлом году проиграли выборы, только один был новичком, а трое уже проработали срок или более. Поэтому здесь эксперты правы: в тех регионах, где губернаторы идут на переизбрание, вероятность второго тура выше. Легко объяснить, почему второго тура так боятся. Если в первом туре голоса недовольной части избирателей распыляются между несколькими кандидатами, то во втором туре весь протестный потенциал электората достается кандидату-оппозиционеру. И если уровень недовольства населения в регионе высок, то у такого кандидаты высоки шансы на победу во втором туре.
Более того, сам факт второго тура может дополнительно мобилизовать протестный электорат. Здесь работает эффект воодушевления. Когда выборы переходят во второй тур, «недовольные» избиратели видят, что они могут что-то изменить – и тогда на участки могут прийти даже те, кто проигнорировал первый тур. В свою очередь, лояльный власти электорат, как правило, уже полностью мобилизован в первом туре, и ресурса для его наращивания у власти уже нет.
Разумеется, прошлогодний урок не прошел даром, и в этот раз власть подстраховалась еще сильнее. Большинство губернаторов, которые могли проиграть выборы, отправлены в отставку. Потенциально опасные соперники отсеяны с помощью муниципального фильтра. Но как мы видели год назад на примере Хакасии, выиграть может даже самый неожиданный кандидат, которого никто всерьез не воспринимал. При этом нужно понимать, что каких-то «несистемных» игроков среди условно оппозиционных кандидатов нет, поскольку несистемная часть оппозиции отрезана от участия в электоральных процессах. В этом плане власти бояться нечего: те кандидаты, которые остались в гонках, вполне системны и договороспособны.
Другое дело, что у оппозиционеров нет опыта руководящей работы, часто нет понимания того, чем им вообще предстоит заниматься на посту губернатора. Но опять же, в этом отчасти виновата и сама власть, которая пускает на выборы лишь откровенно слабых игроков, не подготовленных к руководству регионами. В целом, говоря о прогнозах, я бы не стал исключать вероятность вторых туров в двух-трех регионах. Но в этом году они уже не будут восприниматься так катастрофически, как год назад. Более того, для развития политической системы это скорее хорошо – мы видим, как боязнь вторых туров заставляет власть искать новые подходы, налаживать диалог с людьми, менять откровенно непопулярных губернаторов.
Алексей Шабуров, политолог
