«Ковидная реанимация — это тюрьма»: семья требует проверку смерти волгоградца
В ковидной реанимации Волгограда скончался 72-летний пациент Александр Кунышев. Его близкие уверены, что он скончался из-за нехватки кислорода. Пока в региональном облздраве опровергают эту версию, Росздравнадзор заявил о начале проверки обстоятельств смерти пациента.
В перепрофилированный под ковидарий роддом №1 Александр и его супруга попали 27 октября. Приехали своими ногами. У мужчины было состояние средней тяжести с 30-процентным поражением легких, спустя три дня его отправили в реанимацию. Подробно о причинах перевода в отделение интенсивной терапии родственникам не сообщали. О состоянии мужчины также не было новостей. Через пять дней дочь через ординаторскую добилась, чтобы отцу передали трубку.
Честно, я ужаснулась, - вспоминает Лилия. - Он хрипел, на него сразу же надели маску СиПАП. Я его стала спрашивать: «Ты лежишь на животе?» Он отвечал: «Нет». Спрашиваю: «Почему не на животе»? Ответ: «Не хочу, почему не выкладывают — не знаю». Позднее выяснилось, что в этой реанимации не знают, как выхаживать людей с масками и перекладывать их на живот. Не умеют кормить больных — человек под маской должен есть хлеб и кашу ложкой.
Ковидную реанимацию Лилия сравнивает с тюрьмой, в которой родственники ни на что не имеют прав и откуда не поступает информация. Крохи информации об Александре семья получила лишь благодаря тому, что в госпитале находилась и его жена. Ей удалось попасть в реанимацию и увидеть мужа. За несколько дней болезнь сломила мужчину.
Когда туда зашла мама, она сразу сказала, что уже не видит того папу, который у нас был — большой, спортивный. До последнего он вставал сам, не ходил в подгузники. Человек боролся сам, а ему не помогали! Не поставили зонд в нос, эту неделю просто не кормили, как он питался — мы не знаем. Пришла мама, и мы стали покупать диетические смеси, питание для диабетиков. Его руки, они были исколоты. Мы спрашивали: «Почему ему не ставят катетер под ключицу?».
Паникующие близкие самостоятельно вышли на врачей из московской «Коммунарки», которые в свою очередь созвонились с волгоградским ковидарием. Столичных профессионалов удивило, что «не вытаскивают» пациента, у которого есть все показатели к выздоровлению.
Лилия посоветовалась с врачом реанимации и купила для папы препарат «Актемра» стоимостью 70 тысяч рублей, который помогает предотвратить цитокиновый шторм. Спустя три дня медики предложили сделать повторное введение. Семья вновь купила дорогостоящую дозу. На утро 11 ноября мужчине стало легче, он снимал кислородную маску и дышал сам, появился аппетит. У близких появилась надежда…
13 ноября Александра Кунышева не стало, сообщает "Блокнот Волгоград". Что именно произошло, до сих пор не ясно. Волгоградец отправил жену отдохнуть в палату, ее не было примерно час. По словам родственникам, в это время кислородчик отправился за новым баллоном и на время замены оставил пациента без кислорода. Семье сообщили об этом по телефону.
После публикации «Блокнота Волгограда» история получила всероссийскую огласку. Росздравнадзор оперативно отреагировал и заявил о проверке организации медицинской помощи пациентам в ковидном госпитале Волгограда. В комитете здравоохранения Волгоградской области не смогли назвать причину смерти Александра Кунышева.
Несмотря на интенсивную терапию, состояние мужчины резко ухудшилось 13 ноября, - объяснились в ведомстве. - В течение 40 минут врачи предпринимали необходимые реанимационные действия, однако мужчина скончался.
Исполняющая обязанности главного врача «Родильный дом № 1» Надежда Спиридонова опровергла смерть пациента от нехватки кислорода.
Пациент никогда не был один, рядом находилось еще двое пациентов, которые также получали кислородную терапию. И если бы было все так плохо, то, я думаю, не выжил бы никто из наших пациентов.
Кунышевы написали обращение в прокуратуру.
Напомним, что массовая смерть лишенных кислорода пациентов в ростовской больнице год назад окончилась отставкой министра здравоохранения региона Татьяны Быковской.
А в апреле 2021 года аналогичный случай произошел в больнице Старого Оскола, где по примерным оценкам могли задохнуться около 30 пациентов.
Автор текста: Анна Нефёдова
