Фото: Блокнот
В Приморском суде Санкт-Петербурга продолжается рассмотрение громкого дела.
В Приморском суде Санкт-Петербурга продолжается рассмотрение когда-то прогремевшего на всю страну уголовного дела, связываемого с иностранной инвесткомпанией «Гермес» и кооперативом «Бест вей». На привлеченные деньги пайщиков кооператив покупал им квартиры, которые обходились в разы дешевле, чем если бы они приобретали недвижимость в ипотеку. По версии обвинения, кооператив, привлекший 16 миллиардов рублей от полутора десятков тысяч пайщиков со всей России, по-прежнему выполняющий все обязательства, должен вернуть деньги клиентам зарубежной компании как якобы аффилированная с ней организация.
На четвертый год разбирательства у стороннего наблюдателя может сложиться впечатление, что в разбирательство оказались втянуты непричастные по показаниям выглядящих сомнительно персонажей. А необходимость участия в деле некоторых подсудимых, как 84-летний смертельно больной Виктор Василенко может оказаться за пределами выяснения правовой истины.
Для начала немного истории. Скандал с уголовным делом иностранной компании «Гермес», маркетинговой фирмой «Лайф из гуд», как считает обвинение, аффилированного с «Гермесом» кооператива «Бест вей» разгорелся буквально за пару дней до начала СВО, в конце февраля 2022 года. Тогда сотрудники ГУ МВД по Санкт-Петербургу нагрянули с обысками в офисы этих организаций и принялись задерживать людей. Поначалу СМИ, со ссылкой на полицию, называли их не иначе как топ-менеджерами «финансовой пирамиды», которую силовики разглядели в «Гермесе» и «Бест вей». По версии обвинения, «Гермес» обманул 227 клиентов на более, чем 280 миллионов рублей, оставив тех без пассивных вложений, за счет которых они намеревались приобрести квартиру в кооперативе, а «Бест вей» «вовлекал» в «Гермес» и «был с ним частью единого холдинга». Полутора десяткам фигурантов, включая тех кто успел уехать из страны, предъявили обвинение в мошенничестве в особо крупных размерах через создание финансовой пирамиды.
И, как это сейчас модно у силовиков, к этим и без того серьезным обвинениям «прикрутили» еще и создание преступного сообщества, очень нехорошую 210-ю статью УК РФ. Помимо жестоких сроков, в ней записанных (вплоть до пожизненного заключения в особо суровых случаях), эта статья позволяет следствию фактически вечно держать обвиняемых под стражей, как особо опасных преступников. Статья предназначалась для лидеров кровавых банд из 90-х. И, благодаря этому, может быть использована, для, так сказать, удобства «работы» с фигурантами. Это важная деталь, которая нам еще пригодится.
«Бест вей» был создан в далеком 2014-м году командой бизнесмена Романа Василенко. Схема работы кооператива была необычной для контролируемого банками рынка жилой недвижимости в РФ и очень выгодной для пайщиков. Люди при вступлении в кооператив либо сразу платили, либо постепенно накапливали на личных счетах в организации до трети от стоимость жилья, которое собирались купить. При достижении необходимой суммы, кооператив покупал им желанное жильё в порядке очереди, а в собственность к пайщикам оно переходило после полной выплаты его стоимости, которая проводилась через регулярные взносы. А уже за счет этих взносов существовал и сам кооператив, и его деятельность. Всего кооператив, по данным силовиков, привлек около 16 миллиардов рублей от полутора десятков тысяч пайщиков со всей России.
«Гермес» работала на российском рынке с того же 2014 года. Обманутыми себя посчитали только 227 из них. Причем фигурирующие в их показаниях суммы «разлетаются» от полутора сотен тысяч до нескольких миллионов рублей. Заплатить этот долг, по версии обвинения, обязан кооператив.
Дело получилось громким не только из-за размеров кооператива, но и благодаря реакции на начало разбирательства самих пайщиков. Дело в том, что за время работы кооператив смог купить около 2,5 тысяч квартир, а несколько сотен клиентов даже успели полностью расплатиться за них и стать полноправными собственниками жилья. Переплатив за него не огромную банковскую прибыль по ипотечным кредитам, а примерно 1% от стоимости. Конечно, люди, ждавшие своё жилье от «Бест вей» не были рады тому, что после возбуждения дела средства на счетах кооператива оказались заблокированы, а сама его дальнейшая работа попала под большой вопрос. Вскоре после начала разбирательства и арестов, по всей стране прокатились митинги пайщиков с требованием к силовикам оставить компанию в покое. Но успеха они добились лишь частичного – кооператив получил возможность распоряжаться лишь частью средств, а арестованные счета можно было «открывать» ради зарплат персоналу и выплат по исполнительным листам.
С прошествием времени, как это часто бывает, общественное внимание к беде участников «Бест вей» испарилось. Между тем, своим чередом прошло предварительное следствие, а с февраля 2024 года начался и суд. И там от «горы» с «вороватыми топ-менеджерами», «многомиллионными хищениями» и чуть ли не международной преступной группировкой при предметном рассмотрении осталась «мышь». Это десять обвиняемых, которых язык не повернется назвать воротилами теневого финансового рынка. Это либо рядовые сотрудники «Бест вей», либо простые пайщики кооператива, либо его технические руководители. Большинство из них находится под домашним арестом, но несколько человек – до сих пор в СИЗО. Например, уже четыре года в тяжелых условиях изолятора сидит участник кооператива Михаил Измайлов. Для понимания, при расчете приговора один день в СИЗО считается за два в колонии. Так что, Измайлов уже намотал восемь лет заключения. Срок, присущий убийцам, грабителям и прочим жестоким преступникам. Даже если его мошенничество будет доказано, то суду придется сделать его еще и организатором преступного сообщества, чтобы объяснить в приговоре почему этот человек столько лет провел за решеткой.
Но куда более показательна история другого обвиняемого – 84-летнего пенсионера, бывшего советского моряка Виктора Василенко. Если верить материалам следствия, он стал подсудимым, потому что убедил свою знакомую в вступить в кооператив и даже дал ей 100 тысяч рублей в долг на первый взнос. Иронично, но полностью даже этот долг ему не вернули. Виктор Иванович давно и тяжело болен, поэтому постоянно нуждается в очень специфическом лечении. И, по сути, каждый день его жизнь находится в руках следователя. Который может ему разрешить отправиться на процедуры из-под домашнего ареста. А может и запретить. Как тут не поддаться соблазну и не предположить, что вина старика состоит в том, что он – родной отец основателя кооператива Романа Василенко. Бизнесмен еще в ковид переехал в Южную Европу из-за медицинской необходимости лечения близких, перенесших инфекцию в тяжелой форме, в морском климате. Российские власти, как и положено, попытались объявить его в международный розыск. Но попытки экстрадировать Василенко-младшего для суда и следствия в Россию закончились ничем – европейские суды признали обвинения ангажированными и необоснованными. «Красивая история разоблачения», которую в 2022 году запустили силовики, будет выглядеть не особенно презентабельно без «главаря». Логично предположить, что чуть ли не единственным слабым местом, через которое можно бизнесмена «достать», может оказаться привлечение к делу его отца. «Виктору Ивановичу каждое заседание суда как пытка. А вместе с ним страдают и все другие подсудимые. Ведь из-за постоянной необходимости срочного лечения, суды регулярно переносились», – рассказывают близкие пенсионера. По данным картотеки Приморского суда, только в 2026 году заседания приходилось переносить из-за болезни Василенко с начала апреля по конец мая.
Так может быть, все эти мучения не зря? Ведь справедливость настигает злобных мошенников? Ох, если бы так. Адвокаты подсудимых рассказывают, что вся фабула обвинения, так громко начинавшегося, в итоге строится на показаниях трех человек. И один другого краше.
Главный свидетель – это создатель IT-инфраструктуры «Бест вей» Евгений Набойченко. На предварительном следствии он называл себя чуть ли не гуру и создателем всей системы, что не так уж и далеко от истины. Именно трудами Набойченко работал сайт кооператива и размещенные на его серверах кошельки клиентов. Ну а какой создатель не оставит себе «тайного входа» в такую сладкую среду? Близкие Набойченко утверждают, что он имел доступ к кошелькам клиентов, чем якобы мог пользовался. Но не для того чтобы купить пайщикам квартиры. И не для помощи приюту для бездомных животных. Для чего – тут версии и слухи расходятся: от личных нужд до кутежей, которые могли бы привлечь внимание правоохранителей. А когда нервная система от такой жизни в «кутёж» включались уже совсем не стремившиеся к этому люди. Например, бывшая жена, пережившая нападение и разгром своего жилья «цифровым гуру».
В общем, у адвокатов к Набойченко накопилась масса вопросов, которые было бы неплохо задать в суде. Но вот незадача – в начале 2025 года он отправился защищать Родину на СВО. Правда, среди людей, получивших на украинских фронтах звание Героя России, Набойченко пока нет. Попытки допросить его дистанционно следователи и суд пресекают. Мол, герой выполняет боевые задачи и не может отвлечься. Насколько известно «Блокноту», на «передке» связи обычно нет. Но то ли Набойченко не на передовой, то ли что-то еще идет не так, но кто-то от его имени регулярно оставляет в соцсетях хейтерские и оскорбительные комментарии по поводу жертв разбирательства. Может, имитатор, тут так сразу и не скажешь. В любом случае, у участников разбирательства есть вопросы – почему такой важный свидетель всё еще свидетель. А не обвиняемый, например. Нестыковки-то налицо.
Второй «базовый» свидетель обвинения – это бывший простой водитель «Лайф из гуд» Алексей Комаров. Человек, не получивший даже среднего образования, но учившийся в других «университетах». Участники разбирательства не раз говорили «Блокноту», что Комаров в молодости в 90-х шоферил не в детском садике, а у уважаемых в те времена бизнесменов. И кое-какие повадки, судя по всему, с тех пор закрепились намертво. На следствии Комаров говорил, что лично возил для Василенко наличные деньги клиентов в пакетах. Которые якобы при нем вскрывала еще одна попавшая под каток «обвиняемая» – Анна Высоцкая. Ее называли «исполнительным директором», хотя по факту она отвечала за организацию мероприятий «Лайф из гуд» и «Бест вей», наполняла информацией их сайты. Когда Комарова уже на суде спросили откуда он узнал, что в конвертах были деньги, и как Высоцкая тайно их получала, если постоянно находилась в офисе на глазах у коллег, у водителя внезапно открылась амнезия на почве ковида. Зато у других сотрудников с памятью всё оказалось неплохо. И они начали вспоминать, что Василенко-младший водителя якобы уволил не по доброй воле, а после конфликтных ситуаций. Как после такого оскорбления не вспомнить про полумифические пакеты с деньгами?
Наконец, третий свидетель – Владислав Логинов, который утверждал, что кооператив не только обманул его на деньги, но и нанес этим непоправимый моральный вред. Который тот оценил аж в миллиард рублей. Некоторые участники разбирательства подозревают, что этим человеком движет банальная алчность. В материалах дела есть несколько документов, в том числе ходатайств о проведении экспертиз, подписанные Логиновым. Но узнал он о них уже давая показания в суде. И тоже сослался на забывчивость. «Ради масштаба дела, полицейские набирали потерпевших буквально до последнего дня, даже когда уже формально завершили следствие. Могли пообещать ему золотые горы за нужные показания», – предполагает один из них в беседе с «Блокнотом».
Есть вопросы и к полицейской экспертизе дела. Но куда интереснее нам показались истории потерпевших. Их же всех допрашивали в открытом судебном заседании. И выяснялось, что подавляющее большинство из них никого из подсудимых не знали. Давали деньги для кооператива непонятно кому, причем при очень странных обстоятельствах. Например, одна из потерпевших так и рассказала суду: знакомые уговорили вступить в «Бест вей», она сняла все деньги в одном банке, тут же купила евро в другом и буквально в салоне машины отдала их тем самым знакомым. Без расписок, и без какой бы то ни было фиксации. Другие потерпевшие приходили в суд с рассказом о желании вернуть свои 150 тысяч рублей первоначального взноса. А о мошенничествах и организованных преступных сообществах рассказать ничего не могли.
В общем, по мнению защиты, да и с точки зрения сторонних наблюдателей, в деле множество противоречий. И выглядит так, что продолжением разбирательства движет лишь страх. Причем не подсудимых перед наказанием. И не потерпевших перед возможностью окончательно попрощаться со своими деньгами. А самих силовиков. Ведь если такое громкое дело развалится, им вместо новых больших погон за защиту интересов двух сотен граждан, в лучшем случае могут светить погоны поменьше.
Ну а пока Виктор Василенко, как говорят его близкие, готовится к следующему заседанию. Оно назначено на 2 июля. И старик собирает последние силы чтобы его посетить. Хотя бы в этот раз.
