В прокат вышел отечественный фильм «Солнцепёк» о зарождавшемся военном конфликте в Луганске в 2014 году.
Фильм о человеческих судьбах, страхах и принципах по обе стороны баррикад также покажут 18 августа в 23:45 на канале НТВ. Режиссер картины Максим Бриус рассказал о том, почему локацией для съёмок выбрали Крым, почему ему было тяжело снимать жесткие сцены и в чем главный посыл фильма.
- В какие сроки был снят фильм и удалось уложиться с его производством?
Это произошло достаточно быстро. Мне кажется, мы сделали фильм где-то за 2,5—3 месяца. Если говорить о задумке до выхода на экран, то да, где-то три. С марта месяца мы начали готовиться.
- Что было самым сложным в создании картины?
Самым сложным было передать атмосферу. Мне, как человеку достаточно мягкому, доброму и не воинственному, было тяжело делать жёсткие сцены. Это интересно с точки зрения творчества, но морально сложно заниматься такими кровавыми кадрами. Мы старались относиться к этому легче, понимая, что это фильм, но всё равно это накладывало отпечаток. Также нам немного мешала погода: когда мы снимали, нам хотелось пекла в кадре, но так получалось не всегда, чаще было достаточно прохладно.
- Почему для съёмок вы выбрали именно Крымскую республику?
Съёмки проходили в Евпатории, Симферополе и других районах Крыма. В основном, это был северный Крым. Выбрали эту местность, потому что пейзажи там были похожи на Луганские и Донецкие. Мы искали максимально схожую природу и строения. В большинстве случаев нам удалось это сделать. Где-то нам пришлось доделать декорации, а где-то построить их с нуля. В общем, южная Россия территориально похожа друг на друга, а Крым достаточно удобен по производству кино, локациям, перемещению. Там уже есть определённая съёмочная и актёрская база.
- Какой новый опыт вам подарили съёмки фильма?
В своей режиссерской карьере я уже много чего делал на съёмочных площадках, но до этого фильма я никогда не взрывал здание администрации. Подрывал что-то другое, но такого, чтобы одновременно было 54 взрыва — это впервые в моей работе. Причем мы делали это не один раз. Это было интересно, сложно технически, но, думаю, мы справились.
- В чём, по вашему мнению, заключается уникальность «Солнцепёка» для российского зрителя?
В том, что мы пытались рассказать абсолютную правду и сделать это максимально жестко. Иногда в фильмах идёт романтизация войны, а нам совершенно не хотелось этого делать. Потому что мы понимаем, что это страшно, никакой романтики в этом нет и все люди, которые прошли войну, не очень хотят о ней рассказывать, потому что это потрясения, гибель друзей, родственников, соседей. Такие зрелища каждый день были на их глазах — это страшно, они не хотят об этом вспоминать. Поэтому мы хотели очень близко к реальным событиям передать эту жестокость и сказать: «Ребята, не надо заигрывать. Давайте жить дружно, мирно и договариваться. Давайте не будем убивать друг друга». В общем, послание было такое: война это плохо. Кроме того, фильм был создан, чтобы привлечь внимание к долгой истории Донецка и Луганска, всё-таки они до сих пор являются горячими точками, и по сегодняшний день там погибают мирные люди. Хотелось бы, чтобы две стороны решили конфликт спокойно, мирно и навсегда, чтобы люди не погибали.
- Какой смысл заложен в название фильма?
Солнцепёк – это всегда жарко, когда солнце в самом зените, и это тяжело. И второе послание – это название зенитной установки, которая выжигает всё на своём пути, ничего после себя не оставляя. Получился двойной смысл.
- Вы являетесь режиссеров другого нашумевшего фильма - «Шугалей 2». Подскажите, что было сложнее снимать — фильм про плененного в Ливии российского социолога или «Солнцепёк»?
Интересны оба фильма, но сложнее был «Солнцепёк». В обеих картинах представлена судьба человека. Но если в «Шугалее 2» – это судьба двух человек, то здесь судьбы большого количества людей, практически целой страны. Оба процесса создания были интересными, но разными. Мы же не можем сказать однозначно, что вкуснее – огурцы или помидоры? (Смеётся). У каждого свой ответ на этот вопрос. И то и то вкусно.
