Эксперты ВШЭ почему-то уверены, что львиная доля наших соотечественников готова делать целевые отчисления за бюджетные услуги повышенного качества.
Идея Министерства финансов Российской Федерации повысить доходы бюджета за счет «обеления» экономики себя не оправдает, говорится в заключении Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» относительно проекта федерального бюджета на 2018-2020 годы.
В связи с этим в качестве альтернативы эксперты предлагают ввести систему дополнительных сборов с населения на образование, медицину и инфраструктуру.
Более половины домохозяйств готовы совершать целевые отчисления за бюджетные услуги повышенного качества, уверены авторы со ссылкой на результаты собственных опросов. В первую очередь, это касается образования, подчеркнул ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов в ходе парламентских слушаний по бюджету в Совете Федерации, которые прошли в начале текущего месяца.
- Нехватка профессиональных кадров и средств в региональных бюджетах - наиболее актуальные вопросы, которые нужно решить при принятии этого бюджета, - сказал он.
Как следует из заключения экспертов, введение предлагаемого «сбора» позволит в ближайшие годы привлечь средства, эквивалентные двум-трем процентам доходов населения.
Выступая в сентябре на Московском финансовом форуме, Кузьминов назвал бюджетный маневр в сфере науки и образования провальным. Эксперты рекомендовали добавить примерно по 1% валового внутреннего продукта на образование и здравоохранение и примерно полтора-два процента ВВП направить в инфраструктуру. Но было сделано ровно обратное, сетует он.
Система целевых сборов в меньшей степени будет подавлять деловую активность - в отличие от курса на «обеление» экономики, которое Минфин России в проекте бюджета рассматривает как один из двух источников дополнительных доходов. Эксперты сомневаются, что в нынешних условиях борьба с теневым сектором является действенным механизмом выравнивания конкурентных условий.
Кроме того, сферы, которые государство будет выводить из тени, не принесут бюджету значительных средств. В качестве примера авторы доклада приводят секторы обрабатывающей промышленности, отрасли, связанные с распределением электроэнергии, газа и воды, а также транспортную сферу.
Названные отрасли нельзя назвать эффективными в экономике из-за большой доли монополий и предприятий с долей государственной собственности. Более того, они являются основными получателями бюджетных субсидий, отмечают экономисты.
Что же касается сферы рыночных услуг, то для подобных предприятий уход «в тень» зачастую является единственным способом выживания ввиду вялой динамики спроса и отсутствия доступа к госресурсам, сообщает РБК.
Согласно последним данным Федеральной службы государственной статистики, скрытый фонд оплаты труда в прошлом году составил чуть более четверти от общего объема оплаты наемных работников. Последний раз ниже этого уровня фонд был в 2011-м.
При этом уровень занятости в неформальном секторе РФ растет, достигнув по итогам 2016 года рекордных цифр, по меньшей мере, за последнее десятилетие (более ранняя информация недоступна) - 15,4 миллиона человек.
Вторая мера мобилизации доходов, предлагаемая Министерством финансов РФ, - по сбору дивидендов госкомпаний в размере до половины от чистой прибыли - тоже вызывает скепсис у авторов заключения. Они напоминают, что в текущем году эта планка не была выполнена, из-за чего бюджет лишился поступлений в объеме двухсот миллиардов рублей.
В связи с этим государству необходимо создать эффективную систему контроля как за государственными компаниями, так и за прозрачностью и динамикой их прибыли и затрат, считают во ВШЭ.
Сокращение расходов федерального бюджета (в номинальном выражении) и бюджетной системы (относительно ВВП), о котором пишет Минфин России, будет сопровождаться «замораживанием» сложившейся структуры расходов с преобладанием затрат на управление, силовой блок и социальную политику, а также недофинансированием расходов на человеческий капитал.
