Иллюстрация: "Блокнот"
Эксперты предупреждают: стремительное наращивание ядерных арсеналов и влияние искусственного интеллекта повышают риск случайной катастрофы.
«Новая опасная гонка ядерных вооружений» — так в свежем отчете охарактеризовал текущую ситуацию Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI).
По состоянию на конец 2024 года в мире насчитывалось 12 241 ядерная боеголовка. Больше всего — у России (5459), за ней следуют США (5177) и Китай (600). Далее идут Франция, Великобритания, Индия, Пакистан, Израиль и Северная Корея. Впрочем, SIPRI честно оговаривается: эти данные — приблизительные, ведь «все цифры рассчитаны на основе данных из открытых источников». Но даже примерные оценки шокируют: пока одни государства сокращают свои арсеналы, другие наращивают их с бешеной скоростью.
Как отмечает «МК», особое внимание в докладе уделено Китаю, который, по словам авторов, развивает свою ядерную программу быстрее всех — только за прошлый год его арсенал пополнился сотней новых боеголовок. Более того, по данным SIPRI, Китай «завершил или почти завершил строительство 350 новых шахт для МБР». К 2030 году он вполне может сравняться с Россией и США по количеству межконтинентальных ракет.
Однако дело не только в цифрах.
«Эта гонка опаснее прежней», — подчеркивает директор SIPRI Дэн Смит.
Он объясняет почему: технологии, особенно искусственный интеллект, ускоряют процесс принятия решений. А это, в условиях кризиса, может привести к фатальной ошибке. Иными словами — один сбой, одна неверная команда, и ядерный конфликт может вспыхнуть «по недоразумению».
К рискам прибавляется еще один — рост числа потенциальных участников «ядерного клуба». Восточная Азия, Европа, Ближний Восток — всё больше стран обсуждают возможность создания собственного оружия массового уничтожения. И ничто не мешает им это сделать. Международное право? Увы, сейчас это уже не щит, а скорее зонтик из бумаги.
Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), вступивший в силу в 1970 году, не содержит категорических запретов на выход из него. В статье 10 прямо сказано: любое государство имеет право покинуть договор, если сочтёт, что его интересы оказались под угрозой. Прецедент уже есть — КНДР, которая сначала вышла, потом передумала, а затем окончательно покинула договор в 2003 году. И построила свою бомбу. Наказание? Только санкции. А вот нападать на ядерную державу уже никто не рискует.
Именно это — неприкосновенность, которую даёт наличие ядерного оружия — и подталкивает всё больше стран к мысли: «а почему бы и нам?». На деле, как утверждал академик Евгений Аврорин, «создание ядерной бомбы сегодня по силам любому промышленно развитому государству». Вся информация давно доступна, нужны лишь политическое решение и деньги. И, вопреки мифам, это не так уж и дорого — особенно в сравнении с затратами на мирный атом.
Вот почему сегодня в «приёмной» ядерного клуба томятся десятки стран. Кто-то ближе к порогу (Япония, Германия, Южная Корея), кто-то чуть дальше (Саудовская Аравия, Турция, Украина). По оценке бывшего главы МАГАТЭ Мохаммеда Эль-Барадеи, до 40 государств могут в течение нескольких месяцев создать ядерное оружие. Они просто... пока не хотят — или делают вид, что не хотят.
Всё это делает нынешнюю ситуацию особенно опасной. Слишком много переменных, слишком мало ограничений. Слишком размыты границы между «мирным атомом» и «оружием Судного дня». А главное — нет универсальных правил. Кого-то наказывают (Северная Корея, Иран), на кого-то закрывают глаза (Индия, Израиль, Пакистан). Один и тот же стандарт? Нет, спасибо. Все решения — исключительно политические.
Результатом станет то, что ядерное оружие по-прежнему остаётся самым разрушительным, но при этом — самым «неприменяемым». С 1945 года его использовали лишь дважды. Однако сегодня, когда петухи уже распетушились, остаётся только надеяться, что никто не решит доказать свою «серьёзность» слишком громко.
Ранее стало известно, что Израиль может применить против Ирана ядерное оружие.
