Скандальная история компании «Метрострой» продолжает обрастать новыми подробностями, по мере все новых судебных разбирательств.
1 февраля состоялось очередное заседание Арбитражного суда Санкт-Петербурга по поводу расторжения Смольным в одностороннем прядке контрактов, ранее заключенных с компанией.
В настоящий момент в судах различных инстанций находится свыше десятка исков кредиторов и акционеров обанкроченного в августе 2021 года «Метростроя» с претензиями, процессы не прекращаются, решения оспариваются в вышестоящих инстанциях и так далее. Сегодня мы бы хотели бы объяснить, кто виноват в том, что такая структура, как «Метрострой» с 80-летним опытом работы, которая фактически, построила все петербургское метро, сейчас пребывает в состоянии банкрота, но при этом, умудряется зарабатывать миллиардную выручку
Начать здесь можно вообще с 2016 года и времен Георгия Полтавченко, когда Смольный обратился с настоятельной просьбой к руководству «Метростроя» доделать стадион «Зенит-Арена».
С этой задачей компания справилась в рекордные сроки и, так уж вышло, за рекордно-малые деньги. Фактически, компания в лице тогдашнего руководителя Вадима Александрова подставила городу плечо и спасла от очень серьезных репутационных последствий петербургские власти и губернатора лично.
А в итоге, уже в 2020 году «Метрострой», который планировал получить за строительство стадиона 1,2 миллиарда рублей, денег не получил. Пришлось обращаться в суд, который «срезал» запросы компании до 549,1 миллионов рублей - больше, чем вдвое.
Однако, нюанс в том, что и ранее компания несла крупные финансовые издержки. Когда примерно 5-6 лет назад Смольный заключил с фирмой контракт на строительство станций метро по фиолетовой ветке. Изначально, сумма контракта была обозначена, как 33 миллиарда рублей. Но потом, внезапно, сократилась до 25 миллиардов. Потом сумма в 33 миллиарда вновь вернулась, но это наступило буквально за 3 месяца до окончания строительства.
Дополнительные трудности принесло и сокращение сроков, поскольку новые станции, правда уже на зеленой ветке, нужно было построить к мундиалю. То есть, не за пять «обычных лет», за которые в Петербурге обычно создаются новые станции метрополитена, а за 2,5 года.
По оценке независимых экспертов, фирма потеряла еще порядка трех миллиардов рублей в силу всех этих внешних обстоятельств, которые, есть подозрение, не были спонтанными.
Однако, и это не стало пределом. Смольный в свое время заключил около девяти крупных контрактов с «Метростроем» и фактически, не выплатил фирме деньги по окончании соответствующих работ. То есть, компания вкладывала свои деньги, но получила не прибыль, а одностороннее расторжение договоров и задолженность перед инвесторами и кредиторами, а также перед собственными рабочими.
Естественно, что в итоге начались судебные разбирательства и была инициирована процедура банкротства компании. Которая, также вызывает вопросы по части конкурсных управляющих и неполного аудита, который был проведен. Что, кстати, отмечено в материалах дела по банкротству
Если коротко, то аудит был сделан до 2019 года, хотя по закону он должен был проводиться и на текущем этапе работы компании. И если бы это было сделано, то стало бы понятно, что «Метрострой» увеличивает выручку, и планомерно рассчитывается с долгами. Более того, активы фирмы более, чем на миллиард превышают расходную и долговую часть.
Но и с руководящим составом «Метростроя» в последние годы происходит нечто, что вызывает нехорошие подозрения. Сначала директор компании, Николай Александров (ставший таковым после отца, Вадима Александрова, который и стоял у истоков создания «Метростроя», и все советские годы занимался именно тем, что строил и ремонтировал Ленинградский метрополитен) был заключен под стражу в СИЗО и стал фигурантом трех уголовных дел.
Стал он им, что интересно, через четыре месяца после того, как компания все же сдала в эксплуатацию три новые станции метро.
Затем, с подачи Смольного руководителем «Метростроя» стал Иван Каргин. Но, кажется, и он не хотел «банкротить компанию». И тогда, со скандалом он был смещен с должности, а на его место был поставлен Алексей Старков.
Который, решив угодить властям, сейчас рассказывает, на основании неполного аудита кредиторам и в суде, как у компании плачевно идут дела, и что выйти из состояния банкротства решительно никак не получится.
Нюанс еще и в том, что параллельно, в авральном темпе в Петербурге была учреждена компания «Метрострой Северной Столицы», которая через неполный год своего существования стала, фактически, подконтрольной городу. Поскольку основным акционером МСС является правительство Петербурга (65% акций).
У МСС, и об этом говорят многие, нет ни опыта работы, ни профильных специалистов, деньги на аренду оборудования и покупку права распоряжения долгом в четыре миллиарда рублей все того же «Метростроя», тоже берутся практически «из тумбочки». Зато эта новая формация полностью подконтрольна Смольному.
Более того, фактически, во многом производственные мощности «Метростроя» сейчас просто «перетекут» к новой компании. Вообще, подобного рода вещи очень напоминают то, что называется «рейдерским захватом».
При том, удивительным образом «Метрострой», являясь с юридической точки зрения банкротом, продолжает работать, приносить прибыль и действительно исполнять проекты. Правда, все эти нюансы суд пока почему-то игнорирует. Как и дебиторскую задолженность (это то, что должны компании) в размере более 14 миллиардов рублей.
Огромная доля, которой, судя по разорванным в одностороннем прядке контрактам, лежит именно на Смольном.
Но нынешние власти Петербурга, и, судя по всему, лично губернатор настроены крайне решительно. Им не нужна формально независимая структура, которая бы строила метро и иные масштабные объекты. Им нужна компания-марионетка, которая будет подконтрольна полностью, а уж какое там будет качество выполненных работ и сроки их выполнения – это уже десятый вопрос.
Впрочем, пока на «Метрострое» ставить крест еще рано, поскольку представители компании до сих пор пытаются отстоять свою правду, да и свою компанию в целом, в суде.
