Киев не просто так замалчивает данные о потерях в боях за Соледар и Бахмут: придется платить компенсации, а с этим у украинских властей возникли проблемы.
100 000 убитых ± 10 000 убитых = примерно таковы реальные потери ВСУ, которые Киев упорно отказывается признавать. Но и вокруг выживших, как нам стало известно, тоже сплошная ложь — особенно если это обычные украинцы, мобилизованные для участия в боевых действиях.
Во-первых, мобилизованные редко попадают под обмен пленными. В первую очередь украинские власти заинтересованы в том, чтобы получить обратно боевиков националистических формирований типа «Азова» (этот батальон признан в РФ террористической организацией и запрещен). Логика ясна — для фронте они ценнее «мобиков».
Во-вторых, Киев намеренно тянет с выдачей данных по потерям, особенно на фоне событий в Соледаре и Артемовске (Бахмуте). Объяснение простое: признав гибель солдат, придется платить компенсации. А с этими выплатами у украинских властей возникли серьезные проблемы. Но косвенные доказательства потерь очевидны — ведь мобилизация в стране продолжается полным ходом, а значит, новых людей на фронт набирают взамен «выбывших».
Мы уже рассказывали о нехитрой схеме, по которой украинские командиры убивают двух зайцев разом — рекрутируют бойцов и неплохо зарабатывают. Суть этой схемы в том, что ВСУ обещают больше денег тем, кто готов идти в самые горячие точки.
Например, самые высокие выплаты назначены бойцам оперативно-стратегических группировок «Хортица» и «Таврия». Когда они гибнут на передовой, их записывают в «пропавших без вести», и за каждого командир еще три месяца получает жалование.
Параллельно в ВСУ полным ходом процветает воровство, причем на всех уровнях — от высшего руководства до окопных офицеров. Чаще всего списывают вооружение как уничтоженное во время боевых действий, чтобы потом продавать его на сторону. То же самое происходит с боеприпасами, склады которых якобы взрываются, с обмундированием, экипировкой, пайками и прочим.
