Этот шаг был ожидаемым: выяснилось, что трагедию можно было предотвратить еще несколько лет назад, если бы власти действовали с учетом интересов населения.
Акции протеста, охватившие Бейрут и обернувшиеся беспорядками в и без того разрушенном городе, привели к знаменательному результату — правительство Ливана в полном составе ушло в отставку. Министр здравоохранения страны Хамад Хасан подтвердил, что они с коллегами решили оставить свои кресла и портфели ради всеобщего спокойствия.
Первой уволилась министр информации Ливана Маналь Абдель Самад. Перед подачей соответствующего заявления она публично признала кабмин неспособным провести эффективные реформы, которые могли бы гарантировать изменение жизни страны к лучшему.
Мощнейший взрыв, который прогремел в бейрутском морском порту и стал причиной гибели десятков людей, послужил скорее катализатором внутриполитичеких процессов, нежели их непосредственной причиной. Протесты населения начались еще до катастрофы и продолжились после, усилившись из-за вскрывшихся обстоятельств, свидетельствующих не в пользу властей.
До этого руководство Ливана шло на частичные уступки, убирая с постов некоторых наиболее ненавистных народу министров, но когда после взрыва, гибели людей и уничтожения целого порта вместе с многими кварталами Бейрута народный протест вспыхнул с новой силой, видимо, было решено сменить кабмин целиком.
Протестующие, кстати, требовали отставки только президента и премьер-министра. Последний по поводу ухода своих подчиненных пока не высказался. Ожидается, что он сделает это вечером 10 августа.
Вряд ли можно было рассчитывать на то, что властям Ливана удастся избежать ответственности за случившееся. Взрыв, который некоторые называют самым мощным неядерным за всю историю человечества (хотя это спорное мнение), убил десятки людей и уничтожил сотни зданий. Между тем, как выяснилось буквально за несколько часов после трагедии, этого кошмара можно было избежать, приняв верные решения — и не раз.
О том, что администрация порта Бейрута приняла на хранение смертельно опасный груз, эксперты предупреждали тогда, когда это и происходило — то есть в 2014 году. С тех пор у чиновников была масса возможностей как минимум переместить 2,75 килотонны аммиачной селитры в более безопасное место или — как максимум — продать ее через аукцион как удобрение и, получив выгоду, сбыть на территорию другой страны.
Вероятно, последней каплей стал рассказ главы МВД Ливана о том, что за четыре месяца до трагедии его ведомство проводило в бейрутском порту проверку и выявило вопиющие нарушения при хранении нитрата аммония. В отчете, который был передан правительству, говорилось, что надо срочно принять меры.
К чему может привести хранение больших объемов аммиачной селитры в ненадлежащих условиях (например, при высоких температурах — а в Бейруте летом воздух прогревается до +40), известно из множества исторических примеров, о которых подробно рассказывают источники, начиная с «Википедии». Однако тревожный отчет МВД Ливана привел лишь к тому, что в порту была организована проверка, по итогам которой инспекторы обнаружили некую щель в стене ангара с селитрой и велели ее заварить — но не в целях обеспечения безопасности, а чисто ради предотвращения кражи. Искры от сварки и вызвали тот пожар, из-за которого прогремел сначала один взрыв, а потом второй, смертоносный.
Когда все документы о том, что власти Ливана были осведомлены о «пороховой бочке», заложенной под крупнейшим морским портом страны, всплыли на поверхность менее чем через час после ЧП, вряд ли можно было рассчитывать на лояльность народа и его готовность уверовать в альтернативную версию следствия.
Напомним, груз аммиачной селитры был размещен в бейрутском порту еще в 2013-2014 годах, когда местные власти задержали судно RHOSUS. Оно принадлежало хабаровскому бизнесмену Игорю Гречушкину, задолжавшему нескольким кредиторам. Из-за этих долгов кораблю запретили покидать Бейрут, куда он зашел из-за технических неполадок. Некоторые члены экипажа, включая капитана, оставались на борту 11 месяцев, не получая зарплаты и испытывая сложности с пропитанием, — до тех пор, пока суд их не освободил.
Кстати, для суда главным аргументом в пользу освобождения моряков с судна-должника стало именно наличие смертельно опасного груза, на котором их, в нарушение конвенции о правах человека, заставляли сидеть.
Главный редактор журнала «Морской бюллетень» Михаил Войтенко еще в 2014 году недоумевал по поводу того, почему ливанские власти не арестуют судно вместе с грузом, чтобы потом продать и корабль, и аммиачную селитру (популярное удобрение) себе в прибыль. Когда эта бомба замедленного действия и огромной мощности взорвалась на складе из-за искры от сварки, инициированной руководством порта по распоряжению властей, все эти неувязки мигом всплыли на поверхность.
Директор порта Бейрута был задержан на следующий же день после трагедии. Однако жители ливанской столицы изначально склонялись к тому, что ЧП стало результатом халатности многих чиновников, включая куда более высокопоставленных.
