Максим Лукашевич практически с начала специальной военной операции стал оказывать гуманитарную помощь тем, кто находится на передовой
Краснодарский хирург, флеболог Максим Лукашевич практически с начала специальной военной операции стал оказывать гуманитарную помощь тем, кто находится на передовой. А позже и сам решил уехать в зону специальной военной операции, чтобы помочь коллегам в военно-полевых условиях, и оперировал прямо под обстрелами. О непредсказуемости ранений, ошибках и счастье 12 марта Максим рассказал корреспонденту «Блокнота Краснодар».
Максим уже дважды побывал на передовой. Это его осознанный выбор и, признается хирург, останавливаться на этом он не намерен. У него запланирована поездка в зону СВО на более длительный срок. Кто они - герои наших дней, и что заставляет их делать такой выбор?
Как вообще решили стать хирургом?
- Мечта стать хирургом пришла ко мне в пятом классе. После районного конкурса «Безопасное колесо» по правилам дорожного движения и оказанию медицинской помощи. Я занял первое место именно по медицинской части. Врач, которая принимала у меня экзамен на одном из этапов, сказала мне: «Молодой человек, вам обязательно нужно быть доктором». И с тех пор я точно решил, что буду врачом. Ни дня практически у меня не было сомнений, что я хочу быть только хирургом. Потом, конечно, студенческие годы наложили свой отпечаток. Учителя, которые мне встретились, дали возможность очень рано оперировать, и в последующем, скажем так, слепили из меня хирурга. (Смеется).
Максим, что самое сложное для вас в вашей работе?
- Самое сложное – видеть, как умирают другие. Это ни с чем не сравнимо, никак это не передашь, всегда больно. Ты принимаешь смерть каждого пациента, как свою личную утрату. Ты мог сделать и не мог одновременно. И ты не понимаешь, что ты сделал не так. Но.. Как говорится, у каждого доктора свое кладбище.
Как пришло решение поехать на фронт? Вообще туда просто попасть?
- У меня есть армейское прошлое, есть друзья, сослуживцы, товарищи, которые ушли безвозвратно, и это все случилось в период проведения специальной военной операции. Поэтому решение было однозначным и бесповоротным. Если не мы, то кто? Поэтому хотелось как-то помочь. Я не умею воевать, но я умею хорошо лечить. Поэтому я посчитал, что мои руки там не будут лишними.
Какая она – военно-полевая хирургия?
- Военно-полевая хирургия – она настоящая. Она молниеносная, быстрая, сложная и выматывающая. Но в то же время она разнообразная и непредсказуемая. Как ребенок, с которым невозможно предугадать, что он сделает.
Назовите самый запоминающийся эпизод за время пребывания на фронте.
- Там все запоминается. Каждый эпизод – целая история. Различные огнестрельные ранения из калибра 5,45 – это, пожалуй, самые непредсказуемые. Входное отверстие может быть в одном месте, пуля пройдет сквозь тело, ударится о бронежилет и может выйти в абсолютно месте другом. Ее траекторию не угадаешь.
Как обстоит ситуация с медикаментами в зоне СВО?
- Вы знаете, ситуация разная. Фронт же у нас достаточно большой, поэтому сказать, что где-то хорошо, а где-то плохо, я не знаю. Где я был – терпимо. Поддержку мы чувствуем. И я стараюсь осуществлять поддержку с гуманитарной помощью. Нормально. Жить можно, спасать можно. Есть, чем спасать.
Расскажите о вашем хобби? Как вы отвлекаетесь от реалий современного времени с учетом вашей профессии?
Хобби у меня нет. (Смеется). Мое хобби – это моя работа. Вы знаете, самое лучшее, что может быть для человека, это когда твоя работа и есть твое хобби, а хобби – твоя работа. Ну вот такая взаимосвязь. Это способно сделать человека счастливым.
Автор: Виолетта Сокол
