Вторая часть неопубликованного интервью Барабанщикова: как чиновники наживаются на детском питании?

ОБЩЕСТВО4 комментария
Вторая часть неопубликованного интервью Барабанщикова: как чиновники наживаются на детском питании?

На прошлой неделе мы опубликовали первую часть выдержек из невышедшего интервью экс-главы Управления соцпитания Санкт-Петербурга Алексея Барабанщикова, которое он дал незадолго до задержания. Крупные городские издания побоялись публиковать откровенный рассказ чиновника о тотальной коррумпированности рынка социального питания.

О политическом характере преследования экс-главы Управления социального питания Санкт-Петербурга Алексея Барабанщикова по уголовному делу о причинении имущественного ущерба городу заявил адвокат чиновника Антон Цирит. А сетевое объединение школьных матерей Санкт-Петербурга, насчитывающее более 10 тысяч подписчиков, выступило с требованием о его немедленном освобождении.

Сегодня мы продолжаем публиковать выдержки из интервью, ставшего для Барабанщикова последним на посту руководителя Управления социального питания. Речь пойдет не только о схемах незаконного обогащения районных чиновников, но и об интересах высших представителей городской власти. 

Алексею Барабанщикову вменяют причинение имущественного ущерба неустановленной группой лиц. По словам адвокатов, у следствия нет каких-либо доказательств и существенных аргументов. В то же время в Петербурге правоохранительные органы игнорируют другие вероятные преступления на рынке социального питания, о которых стало известно благодаря журналистам. 

Например, «Аргументы недели» раскрыли потенциально коррупционную схему распределения контрактов на детское социальное питание в Калининском районе, которая только в этом году обошлась городскому бюджету в 260 миллионов рублей. Незаконность действий чиновников Калининского района, ставших причиной этого ущерба, уже доказана в суде, причем не один раз. Уже имеются решения ФАС и судов об аннулировании нескольких незаконно заключенных контрактов, но о возбуждении уголовных дел по выявленным фактам неизвестно, хотя речь идет о многомиллионном ущербе городу, не говоря о возможном вреде здоровью детей.

В невышедшем интервью Алексей Барабанщиков рассказал и о вероятных схемах обогащения высокопоставленных чиновников Смольного. Так, цена дневного рациона в Петербурге является второй по стоимости после Москвы, и составляет 173 рубля за комплексный обед. Она фиксированная и ежегодно индексируется, в текущем году это 63 рубля за завтрак, 110 рублей за обычный обед, что в сумме составляет 173 рубля, и те же 173 рубля за комплексный обед. Но эти суммы являются лишь условностью, и никто на них детей не кормит.

В указанные цифры входит не только стоимость продуктов, но также затраты оператора питания на организацию производства блюд, зарплаты сотрудников, логистику и прочее. Подробнее о принципах формирования базовой цены рассказал Алексей Барабанщиков.

«Да, действительно есть рекомендованная цена обедов и завтраков в школах. Эта цена рассчитывается на основании разных методических документов, суть сводится к следующему: мы обязаны кормить детей разнообразной здоровой пищей, завтраки и обеды должны быть сбалансированными, дети должны получать из еды все необходимые вещества. То есть мы не просто даем детям калории, а кормим их так, чтобы удовлетворить потребности растущих детских организмов во всех необходимых веществах. Отсюда требования к качеству продуктов, запреты на ряд блюд и технологий приготовления, отсюда, например, вытекает требование о наличии на столах свежих фруктов. При этом стоимость устанавливается исходя из цен на продукты, затрат на персонал, амортизацию оборудования и так далее», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Алексей Барабанщиков

Установленные Смольным базовые суммы являются основой для формирования начальной максимальной цены контрактов на школьное питание (НМЦК). Принцип формирования НМЦК предельно прост – число учеников умножается на число учебных дней и затем на базовую стоимость. Затем контракты формируются в лоты, и районная администрация или комитет по закупкам проводит тендер с ограниченным участием. Комбинаты в ответ предлагают заявки со своими ценовыми предложениями, и в абсолютном большинстве случаев побеждает самое дешевое предложение, что сопровождается снижением качества.

«Как вы верно заметили, закупки осуществляются в порядке 44-ФЗ, этот закон регулирует вопросы процедур государственных закупок, в том числе и питания в образовательные учреждения. Для закупок питания при этом предусмотрен формат конкурсов с ограниченным участием, потому что для исполнения таких контрактов у поставщиков должна быть определенная квалификация, трудовые ресурсы, материально-технические возможности и так далее. И в рамках конкурсов с ограниченным участием конкурсной комиссией оценивается не только ценовое предложение, но и неценовые показатели, то есть возможности компании исполнить контракт качественно. К сожалению, соотношение ценового и неценового критерия составляет 60 на 40, то есть, демпинг по-прежнему возможен, и мы видим, что многие частные комбинаты прибегают к этому варианту. А дальше получается, что, с одной стороны, бюджет экономит деньги, и это, конечно, хорошо, а с другой – это экономия в тарелке ребенка», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Снижение цены в рыночных условиях действительно возможно. Какие-то предприятия могут предложить лучше организованную логистику, кто-то может сэкономить за счет выгодного географического расположения, третьи имеют наработанные контакты с поставщиками продуктов и могут проводить закупки по более выгодным ценам. Но любая здоровая экономия имеет свои границы, за которыми начинается экономия уже на качестве и безопасности. 

«Конечно, какая-то экономия тут возможна, но дело в том, что в рекомендованной стоимости завтраков, обедов, рационов стоимость продуктов — это примерно 40% от общей стоимости. А остальное – это зарплаты персонала, закупка и амортизация дорогостоящего оборудования, логистика и так далее. На чем тут экономить? На зарплатах, чтобы обеды готовили люди без квалификации с соответствующим отношением из-за копеечной зарплаты? Или на логистике, может быть? Пускай продукты возят в обычных грузовых машинах без соблюдения СанПиН и хранят открытым способом на обычных складах. И оборудование пускай не закупают? Невозможно сэкономить в два раза, просто оптимизируя работу с поставщиками, придется жертвовать качеством», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Управление социального питания оценивает безопасный порог снижения в 15% от стартовой цены, представители бизнеса называют 35% максимальным порогом снижения. Но в 2021 году петербургский рынок соцпита захлестнула волна демпинга и занижение цены достигало 65%.

«Для нас любой контракт, заключенный со снижением более чем на 15% от начальной цены контракта – это фактор риска. Потому что невозможно качественно кормить детей, скажем, в два раза дешевле, чем это предусмотрено нормативами. Конечно, это сказывается на качестве продуктов, на квалификации персонала, который готовит еду, ведь работать за копейки квалифицированные работники не будут, на обновлении оборудования, которое регулярно выходит из строя, и так далее. Демпингующие компании могут заработать здесь и сейчас, но ни о каком развитии речи быть не может», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Самое интересное начинается, когда дело доходит до платежей за предоставленные комбинатами услуги. С 2020 года завтраки для учеников 1-4 классов являются полностью бесплатными, за них платит городской бюджет, в том числе за счет федеральной субсидии. Из 4,2 миллиарда рублей расходов на бесплатное питание младшеклассников за 2020-2021 годы 1,8 миллиарда пришло из федерального центра. Город оплачивает питание по ценам заключенных контрактов. 

Например, если НМЦК составляла 20 миллионов рублей, а комбинат-победитель сбил эту цену до 10 миллионов рублей, то упала и себестоимость бесплатного завтрака – с 63 рублей до 31,5 рубля. По этой контрактной цене город и расплачивается с комбинатом. Такая схема, конечно, не гарантирует качественного питания, ведь комбинат вынужден экономить, но как минимум она справедлива – на сколько приготовили, столько и заплатили.

Совсем иначе дело обстоит с учениками старших и средних классов, коих большинство, и затраты на них выше, ведь эти дети получают уже не только завтраки, но и обеды. Сумма расходов возрастает с 63 до 173 рублей на ребенка. Эти деньги идут уже не из бюджета, а из кошельков родителей. При этом родители всегда платят именно фиксированную сумму, установленную Смольным, вне зависимости от того по какой цене заключен контракт с оператором питания.

То есть, если в ходе торгов за условный контракт сумма опустилась с 20 миллионов рублей до 10 миллионов, то, соответственно, и затраты комбината на ребенка снижаются со 173 до 86,5 рублей. Вот только родители обязаны платить городу все те же установленные 173 рубля. Из этих денег бюджет переводит комбинату 86,5 рублей, а оставшаяся разница просто исчезает. О какой-либо справедливости в таком случае говорить не приходится, ведь сотни тысяч петербуржцев вынуждены платить в городской бюджет деньги за услуги и товары, которые по факту их детям не предоставляются. Куда далее идут эти деньги – неизвестно.

«И это будет экономия на здоровье детей. А родители, кстати, платят всю сумму целиком. Если частный комбинат выиграл тендер с большим снижением, и стоимость дневного рациона у него составляет, скажем, 60 рублей вместо 173, то родители все равно будут платить 173 рубля», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Выходит, что Смольному выгоден хаос на рынке школьного питания и захлестнувшая его волна демпинга. При этом выгоден в самом прямом смысле слова – чем сильнее и чаще комбинаты будут занижать цены, тем больше городской бюджет получит денег. Отметим, что волна демпинга захлестнула рынок после того, как по распоряжению губернатора Александра Беглова началось укрупнение тендеров и их передача в ведение комитета по госзаказу. В качестве меры защиты от демпинга Барабанщиков и некоторые другие городские политики предлагали вместе с укрупнением тендеров установить и превосходство на торгах неценовых критериев на ценовыми, но эта мера защиты Смольным по какой-то причине принята не была.

Противостоять картелям и демпингу со стороны недобросовестных предприятий могли бы принадлежащие городу комбинаты, но почти все из них уже обанкрочены, либо находятся на грани.

«Честно говоря, меня удивляет позиция Смольного в отношении городских комбинатов. Это коммерческие организации, акционером которых является комитет имущественных отношений. Прибыль этих организаций распределяется в городской бюджет, а если предприятие работает в убыток или вообще становится банкротом, то это бремя ложится тоже на городской бюджет. При этом Смольный сквозь пальцы смотрит на то, как один городской комбинат уничтожается вслед за другим. Причем я хочу обратить внимание на то, что городские комбинаты не просто разоряются, они фактически переходят в собственность частных комбинатов», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Экс-глава УСП раскрыл схемы таких банкротств. Они предельно просты и использовались годами, городские надзорные и правоохранительные органы по какой-то причине на эти процессы не обращали внимания.

«Частная компания договаривается с администрацией района, создается конкурсная документация с условиями, которые обеспечивают победу частного комбината, а городскому комбинату в итоге милостиво разрешают взять субподряд, передав свои мощности частникам, за копеечную плату. Либо контракт получает городской комбинат, но по сильно заниженной цене. При этом постепенно городское предприятие влезает в долги перед частными подрядчиками, и в итоге уступает место частным комбинатам. Посмотрите на банкротство «КСП «Юность», там в роли кредиторов выступают как раз частные комбинаты питания, и именно они в итоге заберут за долги мощности городского комбината. Сейчас та же история будет с АО «Трапеза», - из интервью Алексея Барабанщикова.

По словам Барабанщикова, причастны к банкротству городских комбинатов могут быть чиновники районных администраций, участвовавшие в картельных сговорах с частными предприятиями и действовавшие в их интересах.

«Все это не могло бы случиться без прямого участия районных администраций, или, как минимум, их попустительства и халатного отношения к городскому имуществу. Нет ничего плохого в банкротствах как таковых, это экономически выверенный механизм, позволяющий передать активы от неэффективного собственника в руки эффективного, вопрос в том, насколько в действительности неэффективно работают городские комбинаты. Когда их ставят специально в условия, в которых работать невозможно, это уже не рыночная конкуренция, а рейдерство, и этим должны заниматься правоохранительные органы», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Если для Смольного наиболее выгоден рынок школьного питания, а именно постоянные поступления от родителей школьников, то районным администрациям и частным комбинатам более интересны детские сады. В отличии от школьного питания, дошкольное бесплатно для всех возрастных категорий. Но закладываемые в бюджет затраты на него значительно выше, потому как в детских садах дети проводят по 12 и более часов. В текущем году средняя цена дневного рациона на ребенка составляла порядка 390 рублей, что более чем в два раза выше затрат на школьника.

При этом контроль за питанием дошкольников значительно ниже. Если в школах родительские комитеты могут организовать практически ежедневное присутствие своих представителей в столовых, чтобы точно знать, как, когда и чем кормят детей, то в детских садах это затруднительно. Сами воспитанники детсадов, в силу возраста, еще не могут оценить качество предлагаемого им питания. По большому счету, нарушения могут быть зафиксированы либо при чрезвычайных происшествиях, таких как отравления, либо при проверках надзорных органов, но о них всегда известно заранее.

«Причем на поставках питания в детские сады проще нарушать требования контрактов, малыши едят гораздо меньше школьников, там проще все, если угодно, оптимизировать. И дети жаловаться не будут, они же маленькие еще, просто не смогут сформулировать родителям претензии к качеству еды», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Таким образом, организация дошкольного питания на местах по факту находится в тени, и недобросовестные поставщики могут спокойно манипулировать с массами порций, составом блюд, качеством продуктов. 

«Закупки питания в детских садах прошли через ту же реформу, что и закупки в школы, и там мы видим те же проблемы. Сложившиеся связи частного бизнеса с районными администрациями приводят к постоянным нарушениям, которые пока что остаются без внимания правоохранителей. Например, в Калининском районе поставщики, одержавшие победу в конкурсе на право заключение контракта на поставку продуктов в детские сады, проводившимся комитетом по государственному заказу, там была конкуренция, поэтому им пришлось демпинговать. А потом они попросту взяли и расторгли контракты с детскими садами. А потом администрация района организовала новый конкурс, уже своими силами, убрали конкурентов, и там победили те же самые компании, и они перезаключили контракты, просто более выгодных условиях для себя. Это прямое нарушение 44-ФЗ, и это невозможно было бы сделать без прямого участия представителей заказчиков, то есть руководителей детских садов, и администрации района. Просто частные комбинаты решили, что не хотят работать по ценам, которые были установлены в результате честного конкурса, и решили все переиграть. Что это, если не коррупция?» - из интервью Алексея Барабанщикова.

При покровительстве со стороны районных чиновников выявить такие схемы крайне затруднительно, но инциденты все же случаются. За последние три года Федеральной антимонопольной службой было раскрыто сразу несколько картельных сговоров, в том числе и с участием чиновников. Но все выявленные члены картелей отделались лишь штрафами и продолжают заниматься детским соцпитанием.

ФАС разрабатывает законопроект, обязывающий участников картелей, уличенных в ценовом сговоре, компенсировать убытки заказчикам.

«Это мое личное оценочное суждение: я убежден, что связи между частными компаниями и администрациями районов приводили и приводят к уменьшению конкуренции при закупках питания. Годами в одних и тех же районах побеждают одни и те же компании, годами в Арбитражном суде Санкт-Петербурга рассматриваются дела по заявлениям конкурентов этих компаний, а воз и ныне там. И картелизация тоже была бы невозможна без участия сотрудников администраций районов. Собственно, один из крупнейших картелей – Колпинский – был создан при участии сотрудников администрации Колпинского района. Я считаю, что это проблема не одного только Колпино, но очень многих районных администраций», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Описанные проблемы появились не сегодня, и не вчера, они формировались в Петербурге десятилетиями. Власти города об этом знали, но первые попытки их решить начали предприниматься, лишь когда вопрос школьного питания был поднят на федеральном уровне, соответственно и спрашивать за него будут также в Москве. Направления начавшегося реформирования Барабанщиков оценил положительно.

«С одной стороны, началась реформа социального питания. Теперь все больше контрактов распределяется через комитет по государственному заказу. Губернатор поручил комитету разработать План по модернизации закупок социального питания, и Управление социального питания тоже принимало участие в его разработке, мы занимались определением критериев оценки качестве питания. Разработана единая типовая закупочная документация, типовое техническое задание, типовые меню и требования к качеству продуктов. То есть в итоге условия на рынке поменялись, теперь правила одни для всех. Это вызвало шквал критики со стороны участников рынка, привыкших получать все через картельные сговоры и договоренности с администрациями районов, но система работает, и мы это видим. Поэтому можно говорить о том, что Смольный сделал шаг вперед», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Но бывший глава УСП не верит, что начатая реформа будет доведена до логического конца, и заинтересованные чиновники продолжат сохранять контроль над «серыми» схемами доступа к финансам 15-миллиардного рынка детского социального питания.

«А с другой стороны, очень важно понимать, что рынок социального питания — это примерно 15 миллиардов рублей в год. Это огромные деньги, и на эти деньги претендуют далеко не самые честные и добросовестные люди. Поэтому часто приходится сталкиваться с очень странными решениями. Когда часть конкурсов проводится через комитет по госзаказу, а часть – все равно через администрации районов. Деньги очень большие, и я, если честно, не верю, что все эти договоренности о разделе рынка заканчиваются на уровне отдельных администраций районов. Мероприятия, которые журналисты назвали реформой социального питания в Петербурге, на самом деле нужны были для наведения порядка на рынке: создания единых правил игры для всех, искоренения картелизации и так далее. Но сейчас, осенью 2021 года, мы видим, что город не успевает исполнить поручение Президента России Владимира Владимировича Путина об обеспечении качественным питанием школьников. Исполнение поручения срывается, потому что все еще есть чиновники, которым хочется заработать денег любым способом, в том числе экономя на качестве еды у школьников и воспитанников детских садов. И я не вижу особого рвения со стороны Смольного в деле борьбы с коррупцией. Может быть, потому что есть иные приоритеты, может быть, потому что 15 миллиардов в год это слишком большой соблазн», - из интервью Алексея Барабанщикова.

Напомним, интервью, из которого приведены выдержки, было дано Алексеем Барабанщиковым еще до его задержания и последовавшего увольнения с должности главы Управления социального питания. Приведенные им факты вызывают множество вопросов, и в первую очередь к высшему руководству города. Возьмет ли на себя Смольный смелость рассказать, почему сотни тысяч горожан вынуждены переплачивать за школьное питание детей? Куда и кому уходят эти деньги? Почему не предпринимаются меры по сохранению городских комбинатов? Сколько раз частные комбинаты должны быть пойманы на картельных сговорах, чтобы им наконец запретили доступ к бюджетным деньгам? Но, вероятно, и в этот раз Смольный промолчит.

Комментировать
Эту новость прокомментировали 4 раз

«Нуждаемся в аргументации»: российские ученые и врачи потребовали раскрыть данные о вакцинации

Здравоохранение

Популяризаторы доказательной медицины считают, что граждане должны знать информацию о пандемии и вакцинах.

«Коронавирус подарил еще один повод для получения денег с медиков»: доктор Рошаль заявил о новой угрозе в пандемию

ОБЩЕСТВО

Известный доктор рассказал о новом «деле врачей» и объяснил, почему медики боятся за свою свободу

Фанаты «Симпсонов» утверждают, что мультфильм предсказал появление «омикрона»

КУЛЬТУРА

На самом деле отрывок о пришельцах с планеты Омикрон Персей 8, в котором любители мультиков узрели пророчество, взят из «Футурамы» — но сути это не меняет.

Ученые научили биороботов размножаться

НАУКА

С их помощью они хотят очищать океаны и лечить людей.

Медики объяснили, почему «омикроном» болеют легче, чем «дельтой»

медицина

Правда, пока сам этот вывод основан на не слишком богатой статистике, собранной главным образом в странах Южной Африки, где и зародился новый штамм.