Партия «Справедливая Россия» продолжает сбор подписей под законопроектом о «детях войны» и предлагает в качестве меры социальной поддержки установить для них: единовременную выплату 5000 рублей, ежемесячную выплату 500 рублей и 25-процентную льготу на оплату коммунальных платежей. Учитывая огромный бюджет Москвы, председатель партии Николай Левичев предложил московским «детям войны» увеличить единовременную выплату до 10 тысяч рублей, а ежемесячную – до 2 тысяч рублей.
Партия «Справедливая Россия» продолжает сбор подписей под законопроектом о «детях войны» и предлагает в качестве меры социальной поддержки установить для них: единовременную выплату 5000 рублей, ежемесячную выплату 500 рублей и 25-процентную льготу на оплату коммунальных платежей. Учитывая огромный бюджет Москвы, председатель партии Николай Левичев предложил московским «детям войны» увеличить единовременную выплату до 10 тысяч рублей, а ежемесячную – до 2 тысяч рублей.
В России проживают миллионы пенсионеров, детство которых пришлось на войну. На их маленькие плечи легли все тяготы военных лет. Но власти предпочитают не замечать их. Когда началась Великая Отечественная война, Александре Простосердовой было всего 7 лет. Маленькая Саша готовилась идти в 1-й класс. Но война отложила ее учебу на 4 года. Для девочки началась взрослая жизнь.
Эвакуация
– Как сейчас помню 22 июня 1941 года, – рассказывает 78- летняя пенсионерка. – Я поняла, что случилось что-то страшное. Через несколько дней папа ушел на фронт. Настоящий ужас войны я ощутила на себе, когда Ленинград оказался в блокаде. Бомбежки были страшные. У меня до сих пор перед глазами огромная воронка, которая осталась от нашего дома после попадания бомбы. Мама взяла троих детей, козу, и мы стали выбираться из города. Пешком. По железнодорожным путям…
С огромным трудом семья добралась до небольшого городка Бабаево Вологодской области. Но выбраться из ада было мало. Надо было выживать без крыши над головой, работы и еды.
– Чтобы не умереть с голоду и прокормить троих детей, мама ходила по помойкам. Искала хоть какую-то еду, – вспоминает Александра Петровна. – Спали мы на полу на мешковине. Мама просила нас много не бегать. Чтобы сберечь энергию. А по вечерам, когда мы ложились спать, она ощупывала нас: теплые – значит живые.
Помощь
– В единственной школе Бабаево располагался госпиталь. Туда я ходила почти каждый день. Но не учиться, а помогать выхаживать раненых, – вспоминает женщина. – Мы помогали медсестрам делать перевязки, промывать раны, стирали вещи. Каждый день видели истекающих кровью молодых ребят.
В первый класс Саша пошла почти в 11 лет, и это, по ее словам, одно из самых светлых воспоминаний, связанных с войной.
– Как хотелось учиться! Вы не представляете! Война изменила, закалила нас. Мы стали взрослыми не по годам. Я прожила счастливую жизнь. После войны закончила школу, училище. Много лет проработала на флоте. Была даже в полярных экспедициях.
А когда ушла на пенсию, началась перестройка. Великая страна распалась. Старики оказались никому не нужны. Обязательно «детей войны» должны поддерживать. Нас осталось совсем немного. Мы помогали взрослым в военные годы, на их плечи легли тяготы послевоенных лет. Именно мы поднимали разрушенную страну, восстанавливали экономику, промышленность, сельское хозяйство, науку… А власти хотят сделать вид, что нас нет. Пересидеть, пока не умрет последний. Чиновники почему-то забывают, что это третья категория тех, кто пострадал в Великую Отечественную помимо ветеранов войны и тружеников тыла. Почему люди, пережившие все тяжести войны, остались в стороне, разве это справедливо?
Самое интересное: