Политолог объяснил, чем опасна анонсированная заморозка цен на продукты питания
Близится уже второй год жизни с коронавирусом, и россияне все больше задаются вопросом: это что, теперь у нас вот так будет навсегда? Мы теперь так все время и будем жить? Причем даже еще один год в нынешнем состоянии – в тисках шока от ежедневных новостей про заболевших и умерших, в тоске от хаоса в делах, обнуления планов, обрушения карьер, наползающей на многих нищеты - многими воспринимается как безнадега. О том, почему экономика вряд ли быстро восстановится, что будет с зарплатами, и как прожить в почти военных условиях – в авторской колонке политолога Сергея Станкевича.
В такое время взоры граждан справедливо обращаются к государству. Ибо оно и было человечеством когда-то изобретено вовсе не для того, чтобы часть граждан могла по закону становиться всемогущим начальством, а некоторые норовили стать начальством навсегда.
Видим мы такие действия от нашего государства здесь и сейчас? Прямо скажем, мы видим не то, чего ждем. Видим череду новомодных телевизионных конференций на экране. Высокое начальство (оно в центре экрана) ругает начальство нижестоящее и дает ему публичные строгие поручения – облегчить нам жизнь при коронавирусе. Но жить становится труднее и грустнее.
Наглядный пример – ситуация с ценами на продовольствие.
Под влиянием критики со стороны президента, правительство впервые ввело директивные предельные цены на ряд товаров: сахар, муку, подсолнечное масло. Хотя ранее пресс-секретарь президента говорил, что инструменты должны быть только рыночными.
Поворот опасный не только из-за нарушения конкурентных механизмов. Но и потому, что меры правительства никак не касаются истинных причин проблемы. То есть сумятицу они внесут, а проблему не устранят.
Складские запасы всей продовольственной группы, включая сахар, муку и подсолнечное масло, с начала года выросли. То есть никакого товарного дефицита нет. Как и угрозы «утечки за рубеж» ценных продтоваров.
Реальных проблем две: разорение и уход с рынка малой и вообще традиционной розничной торговли, а также падение доходов населения. Нет платежеспособного спроса. Люди экономят на всем, даже на еде. В том числе, чтобы покупать непомерно дорожающие лекарства. Казалось бы, цены должны упасть, но не тут-то было. Оставшиеся на рынке торговые сети повышают цены на всё ходовое, чтобы как-то удержаться: им надо платить за землю, помещения, энергетику, охрану, выплачивать зарплаты – все это при неуклонном сокращении оборота.
Что делать? Прежде всего - повышать доходы домохозяйств.
И ввести, наконец, продовольственные электронные «карточки» (для покупки отечественных товаров основной продовольственной группы). Можно сделать их виртуальными, как блокированные счета, привязанные к телефону. Срочно раздать эту помощь всем, у кого душевой доход в семье ниже достойного гражданского уровня. А кроме того – спасти доступную продуктовую розницу. Число малых торговых организаций за год сократилось на многие сотни тысяч. Только официально обанкротилось более 4,5 млн малых и средних предпринимателей. На несетевую торговлю (включая рынки) приходилось до половины торгового обороты, причём по относительно дешёвым ценам. Вот этот доступный и привычный большинству рынок мы сейчас и теряем.
