Законодательная база для борьбы с коррупцией практически сформирована, но в ней еще многого не хватает.
Россия до сих пор не ратифицировала статью 20 Конвенции ООН против коррупции, которую высокопоставленные чиновники заменили своей трактовкой Уголовного кодекса.
- Определенные позитивные шаги в борьбе с коррупцией на законодательном уровне сделаны, однако она все еще представляет угрозу национальной безопасности, - сказал депутат Государственной Думы Дмитрий Горовцов, комментируя итоги борьбы с коррупцией в 2014 году, которые подводил глава администрации президента Сергей Иванов.
Депутат-справедливоросс считает преувеличением то, что коррупционные риски в России значительно снизились в этом году, как считают в АП, ссылаясь на исследования агентства Ernst & Young.
С сомнением Горовцов воспринимает и данные о сокращении на 60 процентов случаев вымогательства мелких взяток в органах внутренних дел, которые приводит Ассоциация адвокатов России за права человека.
Как член Комитета ГД по безопасности и противодействию коррупции Горовцов отметил, что Иванов говорил о ратификации статьи 20 Конвенции ООН против коррупции, тогда как ни 20-й, ни 36-й, ни другой статьи Конвенции ООН в юрисдикции РФ нет.
В качестве важных шагов справедливоросс назвал законопроект о контроле за соответствием доходов и расходов лиц, замещающих госдолжности, внесенный в Госдуму по инициативе президента и поддержанный фракцией «Справедливая Россия».
- Однако этого недостаточно. Чтобы в этом направлении были реальные сдвиги в лучшую сторону, нам просто необходимо рассмотреть и принять ряд инициатив. И речь идет как раз о 20-й статье Конвенции, которую надо ратифицировать, как и 36-ю, так и другие статьи, - уточняет справедливоросс.
Статья 20 Конвенции («незаконное обогащение») звучит следующим образом: «При условии соблюдения своей Конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем, чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, т.е. значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать».
В России она не применяется по причине отсутствия правовых оснований ее применять.
- Не учрежден уполномоченный орган, который будет мониторить доходы и расходы чиновников (36 статья Конвенции ООН, где речь идет о специализированных органах). Сегодня обязанность мониторинга возложена на кадровые подразделения министерств и ведомств, а это уязвимое место закона. Я вообще считаю, что это своеобразная дубина, чтобы избавляться от неугодных служащих, - объясняет депутат.
Горовцов считает, что создание подобного органа крайне важно и должно стать первым шагом, который необходимо сделать в плане реальных мер.
- Такой законопроект давно внесен в Госдуму фракцией «Справедливая Россия» и поддержан другими фракциями – КПРФ и ЛДПР, - говорит Горовцов.
При этом депутат обратил внимание, что данный законопроект не рассматривают, и он уже два года лежит и пылится.
Сказал депутат и о необходимости усовершенствования института парламентского контроля.
- 25 ноября мы внесли в Госдуму законопроект о создании комиссии парламентского контроля на постоянной основе. Сегодня такой комиссии нет, так как нет правовой основы для создания.
Еще один шаг – наше программное положение – возвращение в УК института полной конфискации имущества коррупционеров.
- Украл – верни наворованное! Эта инициатива готовится к внесению в Госдуму. К слову сказать, эту инициативу неоднократно высказывали и представители силовых структур, поэтому, думаю, что это общая тенденция, - говорит депутат.
Подводя итог, можно сказать, что работа в направлении борьбы с коррупцией ведется, но ее все-таки недостаточно, так что поводов для оптимизма маловато.
