«Отберу и сына, и бизнес»: в Алтайском крае женщина обвинила бывшего сожителя в убийстве, чтобы забрать ребенка

Обращение в редакцию1 комментарий
«Отберу и сына, и бизнес»: в Алтайском крае женщина обвинила бывшего сожителя в убийстве, чтобы забрать ребенка

Малыша пришлось силой отправить в приют, чтобы передать матери.

Жители Алтайского края, Сергей и Виктория не смогли поделить своего маленького сына. Мама не хотела, чтобы малыш виделся с отцом, отец считал, что ребенку будет с ним лучше. Мальчик, проживший некоторое время с папой, не хотел отравляться к матери. Суд решил наоборот: чуть ли не силой дитя отправили к Виктории, которая обрезала все контакты с Сергеем и просто исчезла. В отношении мужчины же при этом, по заявлению матери ребенка, завели уголовное дело об убийстве и одновременно начали отбирать у него бизнес.

Сергей Молоков и Виктория Подчасова познакомились в Барнауле. Виктория жила с маленькой дочерью, но Сергея это не смутило. Впрочем, встречались молодые люди недолго: примерно через месяц после начала отношений женщина объявила, что беременна. Сергей всегда хорошо относился к детям, предстоящему отцовству обрадовался и попросил Вику не переживать. Но проблемы начались почти сразу.

— Случайно в телефоне у нее я нашел переписку с незнакомым номером. Речь шла о стоимости за грамм. Я спросил, что это значит. Она ответила, что хотела купить золото. Но это было странно: она жила очень бедно, чуть ли ни есть было нечего, какое тут золото, — вспоминает Сергей.

Позже выяснится, что Викторию часто видели в состоянии опьянения. Это подтверждают соседи многочисленных съемных квартир — за недолгий срок женщина сменила их с десяток. В этом состоянии Виктория становилась агрессивной, могла оскорбить даже малознакомого человека. Сергей говорит, что после того случая с перепиской у пары начались серьезные скандалы, и им пришлось разойтись. Но бросать своего будущего малыша Сергей был не намерен. Он привозил продукты, лекарства, необходимые вещи — и оставлял их в подъезде.

Соседи охарактеризовали женщину отрицательно.

— Сын, Ваня, родился в декабре 2012 года. Ребенка я увидел уже после роддома, на 5-е или 7-е сутки. Виктория показала мне его в приоткрытую входную дверь. Сказала, что он хорошенький и похож на меня. Больше она мне его показывать не хотела. Речи о том, чтобы я провел с ним какое-то время, вообще не шло. Она не хотела и записывать меня отцом ребенка. Тогда впервые мне пришлось обратиться в суд, — рассказывает Сергей.

В суде назначили ДНК-экспертизу. Сергей явился, Виктория с Ваней — нет. Однако отцом мужчину все же признали. Позже определили и график встреч с малышом. Но матери это явно не понравилось. Сергей утверждает, что видеться с сыном ему не давали, придумывали отговорки: то ребенок болен, то уснул, то не хочет видеть папу, то еще что-то.

Виктория всеми силами старалась забрать сына.

— Вика часто меняла места жительства. Бывало так, что мы с ней на телефоне, а потом раз — и она полностью пропала. Первые 2,5 года сын прожил с ее родителями в отдаленной деревне в Завьяловском районе в Алтайском крае. Я приезжал видеться с ним в тайне от матери. У семьи бабушки было тяжелое материальное положение, мне за эти встречи приходилось платить, — говорит Сергей.

Ситуация вскрылась. Сергей утверждает, что после этого новый сожитель Вики вместе со своими приятелями поджег его автомобиль. По этому поводу возбудили уголовное дело, и во время расследования установили, что злоумышленники были наркоманами.

Сергею подожгли автомобиль.

— Получается, Вика жила с наркоманом, прекрасно знала об этом, но оставляла с ним детей! При том, что его прямо при детях увозили в больницу, со связанными руками, как буйного! — возмущается Сергей.

Тем не менее, несмотря и на это ребенок оставался с матерью, а приставы лишь разводили руками. Виктория видеться с ребенком не давала, на вызовы не приходила, сотрудников исполнительной службы выпроваживала оскорблениями.

У Сергея на руках — десятки бумаг с характеристиками бывшей сожительницы. В отделе по охране детства отмечали, что из квартиры, где жила женщина, часто доносились крики и плач детей, сами ребята не ходили ни в школу, ни в детский сад, да и на улице были редко, все время сидели в квартире. Мать тем временем нигде постоянно не работала, поздно уезжала, приезжала под утро, в доме часто были «какие-то мужчины». Условия для жизни детей, мягко говоря, были не самые подходящие.

В конце концов, Виктория в очередной раз исчезла — молча уехала с обоими детьми в Норильск. Сергей не выдержал и подал в суд на определение места жительства малыша с ним и попросил также, пока длится разбирательство, оставить ребенка у него. Поначалу так и произошло. В марте 2017 года маленький Ваня переехал к Сергею в Барнаул и пошел в детский сад.

В детском саду отмечают, что Ваня не любил говорить о маме.

Судя по характеристикам из сада, у малыша к этому времени успели появится некоторые проблемы со здоровьем — недоразвитие речи и логического мышления. Также упоминалось, что мальчик «при вопросах о матери чаще всего закрывается, уходит от контакта, по своей инициативе о ней не вспоминает» и рассказывает, что «мама сильно наказывала их со старшей сестрой, поэтому он не хочет с ней жить».

Тем не менее, Виктория подала апелляцию и выиграла суд. Ваня идти к ней не хотел. Жуткие кадры сняли очевидцы встречи матери и сына. Мальчик прятался за папу и не отпускал его руку, хотя мама улыбалась и была воплощением доброты. После он просто убежал в свою комнату, не сказав ей ни слова. Психолог, присутствовавший на передаче ребенка, посоветовала остановить процесс и сделать все постепенно, чтобы малыш мог привыкнуть к матери. Виктория же подала заявление об изменении порядка и способа исполнения решения суда, чтобы Ваню отправили в приют, откуда она могла бы его безболезненно забрать. Так и произошло: Ваню заставили выбирать между приютом и матерью.

Малыш не хотел идти к маме при встрече.

— Все это время, пока решался вопрос с Ваней, Вика, будучи в Норильске, писала на меня заявления — то об убийстве, то о хищении малолетнего. Каждый раз нас вызывали в следственный комитет, допрашивали, записывали на видео и отпускали. Делу не давали хода. Но потом моей ситуацией с ребенком воспользовались, чтоб завладеть бизнесом, — считает Сергей.

На тот момент мужчина планировать расширить свою деятельность и выкупить обанкротившуюся «Павловскую птицефабрику».

— Мы судились за птицефабрику, прошли все инстанции. Но в сентябре 2020 года оказалось, что кто-то сделал на меня цифровую подпись, и для этого предоставили мой паспорт и другие документы. А Виктория последнее время работала в паспортном столе. Меня это насторожило. К тому же накануне у нас был разговор, в котором она сказала: «Я у тебя все отберу — и сына, и бизнес». Я думал, это было сказано в пылу гнева. А нет, — говорит Сергей

В итоге Сергея вывели из числа учредителей. Мужчина считает, что это произошло намерено, чтобы другие, как он предполагает, высокопоставленные лица, начали захват фирмы. На этот раз уголовное дело на Сергея все же возбудили.

— Говорят, по заявлению матери. Но я видел уголовное дело. Там просто указано, что приставы не видели ребенка уже две недели. И не опрашивая ни меня, ни Викторию, возбудили дело по статье об убийстве. Начались обыски — в квартире у меня, в офисах, на птицефабрике. В обысках участвовали сотрудники БЭП. Мы спрашивали, какое они имеют к этому отношение — никто нам толком ничего не отвечал. А недавно и вовсе арестовали все счета этой птицефабрики, — рассказывает Сергей.

Официально имущество птицефабрики арестовали в связи с уголовным делом, связанным с ее руководством. Бывшие директора предприятия, по версии следствия, вступили в сговор, и, чтобы похитить имущество, выводили активы через фирмы-однодневки. Разбирательства по птицефабрике длятся до сих пор. Сергея же, которому пришлось изрядно походить по всем возможным инстанциям, чтобы доказать, что он никого не убивал, оставили в покое. Но маленького Ваню забрали.

— Его отправили в приют. Там его уговаривали поехать к маме. Он не хотел. Тогда ему сказали, мол, тебя заберет папа. В опеке мне тоже сказали, что есть вариант написать заявление о невозможности исполнения суда, и тогда я смогу забрать сына. Но на следующий день приставы меня просто оттеснили и даже не дали зайти в приют. А Вику пропустили, и она забрала сына, — говорит Сергей.

В органах опеки подтверждают: ребенку было лучше с отцом.

Последний раз они с Ваней разговаривали в июле. Мальчик сказал, что семья будто бы снова собирается переезжать, но куда, не знает, сказал, что скучает, просил переслать видео того, как живут его близкие.

— Я разговариваю с ним и понимаю, что теперь еще долго его не услышу. И действительно, больше месяца уже я его не слышал, — вздыхает Сергей.

На его звонки Виктория не отвечает уже больше месяца. Со слов Сергея, ее телефон просто выключен, возможно, она сменила номер. Известно, что женщина вышла замуж. Новый супруг Вики, Александр, также не отвечает на звонки — номер Сергея, как говорит мужчина, у него в «черном списке», звонки корреспондента «Блокнот» сбрасывают. Сергей пробовал обращаться к приставам, чтобы хотя бы узнать о состоянии своего сына, но те исполнили решение суда и помочь больше не могут.

— Связи ни с Викторией, ни с ее супругом больше нет. Имеющиеся у нас номера телефонов либо выключены, либо не отвечают. Норильская полиция и опека тоже ничем не могут помочь. Я звонил на линию «Ребенок в опасности», но дозвониться так и не смог, — в отчаянии говорит Сергей.

Его историю знает, наверное, уже весь Алтайский край. Мужчина надеется, что если о ней узнает вся Россия, то ситуация изменится, и ему разрешат хотя бы видеться с маленьким Ваней.

Напомним, ранее «Блокнот» писал о том, что бывшего настоятеля Никольской церкви в селе Сорлиней Чамзинского района Мордовии Сергия (Смолякова) обвиняют в многолетних изощренных издевательствах над приемными и собственными детьми. Шестеро из них обратились в правоохранительные органы с требованием привлечь 56-летнего священнослужителя и его супругу, матушку Ольгу, к уголовной ответственности. Старшие дети рассказали, что младших истязали и били, а также все дети были запуганы.

Если вас обидели, если вас не слышат чиновники и вы хотите привлечь к вашей проблеме внимание общественности – пишите в нашу рубрику «Обращение в редакцию».

Присылайте ваши письма на электронный адрес bloknotmoskva@gmail.com или пишите в директ bloknot_russia. А так же whatsapp +79508687378

Подписывайтесь на наш канал в "Яндекс Дзен", на наш инстаграм @bloknot_russia, @bloknot_politika, @bloknot_trash и социальные сети Вконтакте, Одноклассники и Фейсбук.

Комментировать
Эту новость прокомментировали 1 раз