Один из ведущих российских политологов Андрей Кузнецов прокомментировал 12 января произошедшие теракты во Франции, а также их влияние на последующую политику ЕС.
7 января 2015 года весь мир потрясли события, произошедшие в редакции парижского еженедельника «Шарли Эбдо». В результате стрельбы в центре столицы Франции погибли 12 человек, еще 11 – получили тяжелые ранения. Братья Куаши, совершившие вероломное нападение, в ходе преследования и перестрелки убили еще несколько полицейских, а затем приняли мученическую смерть.
В то же время в поддержку братьев – исламских мучеников за веру, которые оскорбились непристойными карикатурами издания на пророка Мухаммеда, - выступил их сообщник 32-летний Амеди Кулибали. 9 января он захватил магазин кошерных продуктов у Венсенских ворот в Париже и взял в заложники 15 человек, требуя прекратить преследование братьев Куаши.
В ходе спецоперации он также был убит, вместе с ним погибли четверо заложников.
7-9 января сообщалось также, что на улицах Парижа в нескольких районах шла стрельба. Теперь стало известно, что в эти дни несколько мечетей в городах на востоке и в центре страны подверглись нападениям, в одну из них был брошен коктейль Молотова, другая – была расстреляна из автоматического оружия.
11 января в Париже прошел 1,5-миллионный Марш единства, призванный напомнить о жертвах трагедии и не допустить дальнейшего ее повторения, к акции присоединились и другие города Франции и многих европейских государств, а также России и США.
Но кто же стоит за спиной у братьев Куаши? И как отразится это вероломное событие на политике одной из ведущих европейских стран? На эти вопросы ответил член «Справедливой России», известный политолог Андрей Кузнецов:
- Современная Европа покоится на плечах двух стран – Германии и Франции. И если первой пока успешно удается бороться с последствиями проседания Европы, то во Франции социально-экономическое напряжение вовсю уже дает о себе знать.
Именно оно взвинчивает национальную тематику, на волне которой братья Куаши и совершили нападение на редакцию карикатурного журнала.
Но я бы не стал однозначно приписывать организацию такого теракта «Аль-Каиде» или другим исламистским группировкам. Вообще у меня вызывает сомнение однозначное утверждение, будто организаторами этого нападения выступили исламисты.
Слишком уж много подозрительного во всей это истории. Недавно стало известно, что комиссар полиции Лиможа, связанный с этим делом, покончил с собой. Почему? К каким выводам он пришел?
Я не хочу вдаваться в конспирологию. Но сейчас гораздо важнее знать, кто приобретет от этого выгоды? Кто снимет сливки с произошедшего? В первую очередь этот теракт уж очень на руку Олланду, который на волне патриотизма и акций единства значительно упрочит свое пошатнувшееся влияние. У французского общества появляется некое положительное содержание взамен той пустоты и бессодержательности, которая бытовала ранее.
Опять же я не выдвигаю прямых обвинений. Просто-напросто это также на руку ЕС, который нуждается в образе врага. В этом отношении любопытна параллель с событиями 11 сентября 2001 года: та же пробуксовка в расследовании, то же создание положительного содержания. Вообще тогда США довольно ловко использовали те события как повод крепче закрутить гайки. Так и сейчас подобная жесткая линия будет воплощаться в жизнь в ЕС и Франции, что вполне может привести к установлению тотального контроля над обществом – и это в условиях роста социально-экономической напряженности.
Вместе с тем я признаю, что это издание печатало порнокарикатуры самого оскорбительного характера. Ни в коем случае не оправдывая произошедшее, я склонен допускать, что эти карикатуристы провоцировали религиозную рознь.
Коренное отличие между Востоком и Западом заключается в том, что в русском мире свобода никогда не рассматривалась как некая самостоятельная ценность. Она была не более чем средством. И потому для нас было характерно ограничение свободы в те исторические моменты, когда она начинала разъедать основы нашего общества.
На Западе подобного не происходит. Там существует вопиюще противоречие между толерантностью и свободой, с одной стороны в тамошнем обществе постулируется толерантность, с другой стороны – признается необходимость свободы, которая отрицает эту самую толерантность.
В любом случае для Европы эти события, высвечивая ее идеологическую деградацию, будут играть огромную дестабилизирующую роль.
