Продюсер считает, что тренер должна была взять на себя всю вину.
29 января спортивный арбитражный суд (CAS) дисквалифицировал российскую фигуристку Камилу Валиеву на четыре года и лишил ее завоеванных медалей, начиная с 25 декабря 2021-го. Спустя сутки после шокирующего приговора ее тренер Этери Тутберидзе дала публичный комментарий, в котором заявила, что после двух лет расследования так и осталось неизвестным происхождение препарата. Она отметила, что все ее спортсмены всегда были «чистыми», а также резко высказалась в адрес юристов, защищавших Валиеву на слушаниях. По ее словам, «хуже вердикта быть и не могло».
Комментарий тренера Валиевой возмутил продюсера ледовых шоу Яну Рудковскую. Жена Евгения Плющенко призналась, что сначала не поверила в подлинность публикации.
«Каждая строчка сочится высокомерием, каждая строчка — это буквально «я не должна вам ничего объяснять, я тоже жертва». Серьезно, Этери Георгиевна? А чья вы жертва? Очередной девочки, несчастного ребенка, у которого сломана карьера и отобрана мечта? Ее родителей, которые наверняка всё положили на алтарь служения спортивной карьере дочери? Или всей сборной, для которых эта золотая олимпийская командная медаль – возможно, первая и последняя в карьере?!» — высказалась Рудковская.
Продюсер напомнила, что вкладывает много средств в развитие российского фигурного катания, поэтому решение CAS стал для нее личным ударом. При этом Яна недоумевает, почему Тутберидзе сама не вступилась за фигуристку и не взяла вину на себя.
«И с профессиональной точки зрения, и с понятийной, и с человеческой. А не тонко сквозь строчки взваливать вину на девочку, в жизни которой произошла трагедия, и да — это именно трагедия, век фигуристов намного короче века наставников», — заявила Яна.
Рудковская добавила, что почти все фигуристки Этери «сгорают, как спички», но не получают поддержки и внимания от своего тренера.
«Хотелось бы прочесть взрослое признание взрослого человека про принятие ответственности — «мы не уследили, отстаньте от девочки». Но то, что вижу я, это трагикомедия и плохая постановка старой доброй пьесы "Не виноватая я, он сам пришел» — заключила продюсер.
