До новейших высокотехнологичных центров доезжают единицы. Но и их отправляют обратно
Самый высокий показатель смертности от онкологических заболеваний зафиксирован у больных раком поджелудочной железы, в 2018 году он составил 39,9%. Об этом говорится в докладе Минздрава о состоянии онкологической помощи населению России. Согласно документу, высокий коэффициент летальности также зафиксирован у больных раком печени внутрипеченочных желчных потоков (38,4%) и раком пищевода (29,9%). Между тем, по мнению экспертов, у онкобольных в регионах вообще мало шансов на выздоровление — у многих до сих пор нет возможности в кратчайшие сроки попасть на прием к квалифицированному специалисту. «Слишком поздно» — эту фразу очень часто слышат заболевшие в кабинете врача.
В большинстве регионов ситуация с диагностикой и лечением раковых заболеваний не поменялась к лучшему, а напротив, ухудшилась, рассказал «Блокноту» врач-онколог Даниил Щепеляев. «Действительно, зачастую даже стало хуже, особенно в сельской местности и небольших городах. Специалисты оттуда сбегают, поликлиники и больницы закрываются, потому что в местном бюджете сегодня нет денег на их содержание. Льготы для сельских врачей убрали, финансирование уменьшается. У врачей нет мотивации, вот многие и уходят из медицины». По этой причине, констатирует собеседник, тысячи людей попросту не могут получить даже элементарную медпомощь. «Ситуация, когда люди из небольшого городка или деревни все же добираются до онкологического центра — скорее исключение. Да и то чаще всего они приезжают, когда болезнь на этот момент уже находится в далеко запущенном состоянии. В таком случае пациентов обычно направляют к онкологу по месту жительства на симптоматическую терапию. Однако онкологов по месту жительства чаще всего просто нет. То есть в самом лучшем случае человек может претендовать на получение обезболивающих, хотя и это тоже — сложный вопрос», — пояснил Щепеляев. По его мнению, рассчитывать на полноценную помощь могут отчасти только те пациенты, которые имеют деньги и связи.
Федеральные онкоцентры, говорит Щепеляев, зачастую «стоят пустые», потому что людям туда не дают квоты. «Люди получают жалование, а больных там — полтора инвалида. Не секрет, что порой для получения квоты приходится «договариваться», платить кому-то взятки. Вот люди до туда и не доезжают», — объясняет Щепеляев.
Доктор, работающий в районной больнице одного из регионов, на условиях анонимности рассказал «Блокноту», что «многие онкобольные просто обречены». «Во-первых, люди, как правило, тянут с посещением врача, лечатся сами, заваривают травы, мажутся мазями, да чего только не придумывают! Во-вторых, даже если человек идет на прием, то уровень здравоохранения в сельской местности такой, что сразу задумаешься — а может и вправду лучше лечиться дома», — рассказал собеседник агентства.
По его словам, у большинства даже нет возможности доехать до областного центра: «Нужны деньги на дорогу, а если обследоваться в городе, то еще надо и где-то жить. Очень часто все заканчивается уже на этой стадии. Да и записаться на прием к онкологу даже в городе — крайне сложно, бывает, что ждать приходится месяцами. А в этом случае каждая минута дорога».
Медицинская логистика в регионах действительно зачастую не позволяет больным своевременно получать помощь, подтвердил вице-президент Национальной медицинской палаты Евгений Чесноков. По его мнению, значительно улучшить ситуацию могут амбулаторные онкоцентры, которые уже начали создаваться в регионах, в частности, в Тюменской области. Они способны оказывать пациентам любую помощь, помимо оперативного лечения. Сейчас же в большинстве регионов все по-другому.
«Пациент может жить в отдаленном районе, в 300-400 километрах от областного центра. Теоретически он должен сначала обратиться в участковую больницу, многие из которых сегодня закрыты, затем в районную, а та уже дать направление в областную больницу или онкодиспансер», — пояснил Чесноков. По его словам, в диспансере должны сделать все необходимые анализы, однако часто этого не происходит: «Во многих регионах врачи сотрудничают с коммерческими лабораториями и направляют туда пациентов. Люди приходят, им там выставляют нешуточные счета, в итоге пациенты разворачиваются и уезжают в свой поселок. И все — точка».
Ранее директор Института гематологии, иммунологии и клеточных технологий ННПЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева, профессор Алексей Масчан заявил, что в России уже в ближайшие два года смертность от онкологических заболеваний может резко возрасти — на 20−30%.
В настоящее время в России число онкобольных превышает 3,6 млн человек. Ежегодно в стране выявляется 566 тысяч заболевших раком.
