Политолог Дмитрий Солонников – о самом резонансном судебном процессе этого года
Дело актера Павла Устинова. Звучит отлично, но сразу вызывает серию вопросов. Почему именно Устинова? Ведь и до него было несколько приговоров суда, вызывающих непонимание и ощущение несправедливости.
А такой ли уж актер этот самый Устинов? Вопрос его профессиональной идентификации в данном случае также важен, так как является маркером возможности организации корпоративной поддержки того или иного комьюнити, ведь за поддержку не всех предыдущих осужденных поднималась такая волна.
А в чем собственно само дело? Вопрос к процессуальным нюансам в данном конкретном случае, к персоналиям в нем участвующим или ко всей системе судопроизводства страны?
Для начала посмотрим на контекст событий. Прошедшее лето показало проблемы в нескольких важнейших институтах российского государства. Сначала вопросы возникли к избирательному законодательству, его способности реагировать на современные вызовы и давать возможность адекватного применения в сложных складывающихся ситуациях. Сперва о проблемах начала говорить политизированная общественность и экспертное сообщество. Дальше о необходимости изменения выборного законодательства начали высказываться представители избирательных комиссий субъектов федерации и Центризбиркома. Не так давно в пользу таких изменений высказался и президент Российской Федерации. Теперь процесс, видимо, будет запущен. Фоном для всего происходящего были и скандальные прецеденты на выборах, и массовые выступления, и аналитические материалы в СМИ. Сейчас ждем фактический результат.
Тем же путем идет и вопрос об изменении судебного законодательства. Вопрос несправедливости приговора Павлу Устинову уже перешел из разряда требований оппозиции. Осуждение его принятие и обсуждение причин такого судебного решения уже стало часть широкой повестки дня с включением в нее публичных и высокопоставленных личностей. Самому Устинову мера пресечения изменена, но дискуссия продолжается, зафиксированные проблемы правоохранительной системы остаются. И важнейший момент здесь может быть в том, что несправедливые приговоры ставят под сомнение наказания реальных преступников. И это уже вызов для поддержания всего правопорядка в стране. Принцип неотвратимости наказания за преступления должен соответствовать неоспоримости доказательной базы причастности к вменяемому преступлению. И вертикаль власти это рефлексирует. Во многом нужно вернуться к азам.
Должна действовать презумпция невиновности, когда не обвиняемый доказывает свою невиновность, а обвинение выдвигает неоспоримые аргументы.
В суды должна вернуться состязательность сторон защиты и обвинения. А прокуратура должна осуществлять реальный контроль над следствием. Не должно быть единой солидарной связки следствия, прокуратуры и суда, когда главное – это поддержать коллег, не дать поставить под сомнение проделанную работу (и потраченные на неё деньги), а не найти справедливое решение. Все неопределенности должны трактоваться в пользу обвиняемого.
Особняком еще стоят процессуальные вопросы, позволяющие приобщать доказательства к делу. В рассматриваемом случае вопрос, что может позволить или не позволить просматривать видеозапись, которая гарантированно есть? Это основа процесса.
«Суды должны быть справедливыми» - кто же с этим спорит? Это как знаменитая фраза: «Свобода лучше чем несвобода!». Осталось только реализовать. А здесь уже начинается другая игра. Кто будет проводить судебную реформу? Как в неё впишется известный юрист, автор знаменитой фразы о свободе? Пока что разговоры на фоне скандальных судебных процессов идут про другое.
Кто-то считает, что все произошедшее - разыгрывание сложной комбинации против председателя Мосгорсуда Ольги Егоровой, кто-то видит во всем игру по отстранению от «транзита» московского мэра Сергея Собянина, а кто-то описывает более простую партию по дискредитации партии силовиков. Подобные конспирологические рассуждения являются скорее попыткой поймать рыбку в мутной воде, чем реальным содержанием большого процесса.
Это уже не просто «игры патриотов». Это попытка выйти на новый уровень решения серьезнейших вопросов состояния общества, приводящих к системным сбоям конструкции государственного управления. Не только избирательное законодательство требует корректировки.
Мы все сейчас наблюдали большую работу по подготовке к следующим шагам. По ним президент пока молчит. А дать старт может только он. Ждем.
Дмитрий Солонников, директор Института современного государственного развития
