Активная позиция, которую Россия заняла в борьбе против ИГИЛ в Сирии, поломала тщательно спланированную игру президенту Турции Реджепа Тайипа Эрдогана.
Амбициозная турецкая власть уже давно считает себя сильным и самостоятельным мировым игроком, именно поэтому захотела осуществить победоносную войну над ИГИЛ, свергнуть президента Сирии Асада и поставить в Дамаске лояльного себе человека.
Однако Россия своими успешными бомбардировками позиций ИГИЛ спутала все карты президента Турции Эрдогана. Такое мнение высказал директор Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии Владимир Аватков.
- - Некоторое время турецкая власть никак не могла определить свое отношение к так называемому «Исламскому государству». Президент Эрдоган долго молчал, пока, наконец, не признал ИГИЛ террористической организацией. Хотя под видом борьбы с ИГИЛ турецкая авиация бомбила в основном курдов, которые турецкие националисты считают врагом номер один. И тут нетрудно догадаться, кого турецкая власть считает большим злом – курдов или боевиков ИГИЛ, - говорит эксперт-тюрколог.
Аватков связывает такое изменение в позиции Турции по отношению к Сирии и, в частности, ИГИЛ с расколом в самой Турции.
- Власть, которая последнее время заигрывала с курдами, «доигралась» до того, что курдские политики прошли в национальный парламент страны. Возникла тупиковая ситуация между турецкой властью и курдами. Сюда стоит добавить еще и то, что Турция внутренне оказалась расколота, а в ноябре страну ждут парламентские выборы. И у Эрдогана для сохранения своих позиций и объединения нации оставался один выбор – общий внешний враг. ИГИЛ как нельзя кстати подошел на эту роль, - поясняет Владимир Алексеевич.
После того, как Турция начала свои бомбардировки (в основном по курдским позициям, которые, к слову сказать, воевали с ИГИЛ), она стала искать поддержки у США и параллельно добиваться экономического соглашения с Россией, особенно по газопроводу «Турецкий поток».
После того, как Эрдогану не удалось добиться дополнительных скидок на газ и других преференций, отношение к России изменилось. Несмотря на знаковый визит президента России Владимира Путина в декабре в Турцию, сближения все-таки не произошло, отмечает востоковед. Раньше две страны могли из-за крепких экономических связей закрывать глаза на такие разногласия, как, к примеру, Россия спокойно реагировала на отношение Турции к тюркскому миру, которое отличается от российского, а Турция не акцентировала внимание на отношение России к армянскому вопросу.
- Примечательно, что когда по ряду стран прокатилась «арабская весна», Турция высказывала негативное отношение, но очень скоро поняла, что старую власть сменяет новая, лояльная США и, соответственно, Турции власть, тут же стала поддерживать эти перевороты. Тогда-то и начала активно поддерживать оппозицию в Сирии. Однако Турция не учла, что Россия может не позволить уйти Асаду, что и привело к разногласиям, - уточняет Аватков.
После визита госсекретаря США Джона Керри в Турцию и достигнутых договоренностях об использовании военной базы Инжирлик, стало ясно, что обговаривались и другие вопросы, а именно, отношение Турции к России. Сразу после этого Эрдоган и сменил свой тон.
Аватков также высказывает мнение, что сам конфликт приносит Турции неплохие дивиденды. Во-первых, она снабжает сирийскую оппозицию своим оружием, и для Турции Сирия стала новым полигоном. Во-вторых, зарабатывает на беженцах. В-третьих, денежные сирийцы стали развивать свой бизнес, а безденежные стали дешевой рабочей силой. В-четвертых, многие беженцы пытаются получить турецкое гражданство, а это значит, что это потенциально благодарный электорат для нынешней власти.
Вот и выходит, что ИГИЛ сослужил Турции хорошую службу, резюмирует востоковед.
Самое интересное:
